Машины громко сигналили, а Давыдов, напрочь игнорируя их существование, стремительно приближался ней. Быстро. Очень-очень быстро. Исходящая он него волна бесконтрольной злобы и первобытного бешенства, едва ли не сбивала с ног. В данный момент, Лера не могла с уверенностью сказать, чего боится больше. Неминуемой гибели под колесами транспортного средства, или же…гнева любимого мужчины.
Протяжный отрезвляющий звук клаксона. Мерзкий визг тормозов. И отборный трехэтажный мат, совсем рядом…
Не выдержав, крепко зажмурилась. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Затылок беспрестанно пронзало острыми иголками страха. А нет! Просто кто-то мертвой хваткой вцепился в ее волосы, причиняя боль.
К слову, под ухом дико громыхало вовсе не ее сердце.
Спустя несколько мучительно долгих секунд, прислушиваясь к собственным ощущениям, поняла, что стоит в кольце мужских рук. Пришпиленная к его телу, точно гербарий к подложке. Буквально распласталась на Давыдовской широченной груди.
И ничего, ничего более!
Собравшись с духом, не без труда разлепила налившиеся свинцом веки. Первое, что заметила — капот автомобиля, находящийся на расстоянии не более пяти сантиметров от их соприкасающихся коленей. Ее бросило в пот, и кажется, началась истерика. Колотило столь сильно, что стучащие друг о друга зубы могли, смело конкурировать с шумом отбойного молотка.
— Гер…ман, — выдавила, все еще захлебываясь собственными эмоциями, — ты! Ты…Господи, тебя же, чуть машина не сбила!
— Это тебя, идиотку, она чуть не сбила! — Взревел мужчина, стискивая в объятиях, до хруста костей. Так, что даже дыхание перехватило. А после, ощутимо дернул за волосы, заставляя запрокинуть голову, и принялся осыпать порывистыми поцелуями ее лицо. Шею. Волосы. — Родная моя…любимая малышка. Что ты творишь, мелкая? Что ты, с*ка такая, со мной творишь?!
— Прости! — Вцепилась мертвой хваткой в его белоснежную рубашку. Видимо, совершенно не контролировала свою силу, так как в следующий миг, та брызнула пуговицами в разные стороны, обнажая мужскую грудь, покрытую темными жесткими волосками. — Пожалуйста. Я не хотела. Я…просто испугалась!
— Дура! — Хорошенько тряханул девушку, очевидно пытаясь привести в чувства. — Безмозглая дура!
А нервишки-то разгулялись, и эмоции контролю не поддавались.
— Сам ты придурок!
— А если бы...не успел? О, черт!
— Хватит на меня орать!
Мужчина угрожающе прищурился:
— Ну, все! Доигралась. Придушу, с*чка!
Однако вместо обещанной расправы, Герман набросился на ее губы, сметая все страхи и пережитый в одночасье ужас на задворки сознания.
Одним единственным прикосновением. Поцелуем."
"Отклик Валерии был ошеломляющим. Сама не ожидала от себя подобной прыти. Болезненного возбуждения и неконтролируемой страсти.