Если позволишь, воспользуюсь твоим рабочим местом.
— Сколько будет угодно.
— Поможешь?
— Чем?
— Советом, например.
Девушка выглядела озадаченной. В ней словно боролись две противоположности. Одна Леру сторонилась. А другой она явно нравилась.
Коллега молчала. Но и не уходила, хотя секунду назад собиралась это сделать.
— Пожалуйста, Регина. Мне одной не справится. Тут столько всего…
— Хорошо, — сдалась, наконец, — с тебя огромная шоколадка.
— Поверь, этого добра у меня с запасом.
* * *Полтора часа пролетели незаметно.
Девушки весело болтали, пока определялись с выбором, и делали заказ поставщику. Регина оказалась приятным собеседником. Наконец, Лера облегченно вздохнула. Дело было сделано.
— Спасибо!
Коллега вдруг стала задумчивой, и немного грустной.
— Что-то не так? — Спирина всерьез забеспокоилась. — Я обидела тебя?
— Нет…просто. Знаешь, вопреки всему, ты мне нравишься.
— Вопреки всему?
— Ты должна быть холодной. Расчетливой. Злобной…
— Чего? — От изумления Лера повысила голос.
— А ты другая. — Регина будто сама с собой разговаривала, никого вокруг не замечая. — Потрясающая. Я очень хорошо отношусь к Маргарите Алексеевне, и должна бы тебя презирать, чисто из солидарности. Но, не могу. Ты располагаешь к себе. И у него не было шансов.
Лицо мгновенно стало пунцовым. Руки затряслись от волнения.
— Я ничего не понимаю. Правда. Как мне воспринимать твои слова? Как комплимент, или же оскорбление? У кого не было шансов? Да, и при чем тут Маргарита Алексеевна…
— Как это, при чем? — С негодованием воскликнула девушка.
— Ты, значит, с ее мужем спишь, а она не при чем?
Валерия, словно распрямившаяся пружина, подорвалась на ноги. Голова шла кругом, да и подташнивало слегка. Пошатнулась, но равновесие удержала.
— Повтори!
Регина побледнела.
— Извини, если чего лишнего сболтнула. Не мое это дело. Не мое! Я не хочу работу потерять. Не рассказывай Станиславу Юрьевичу. Умоляю тебя!
Сердце Леры готово было из груди выпрыгнуть. Кое-как прохрипела пересохшим горлом:
— С чего ты вообще взяла, что мы…"
"Девушка осторожно прикоснулась к ее вмиг поледеневшей руке.
— Так это не правда?
Брезгливо отстранилась. Кожу жгло. Ощетинилась, выпуская наружу свои «иголки».
— Это бред! Но, очень неприятный и болезненный. Он лучший друг моего отца. Дядя Стас и тетя Рита, практически члены моей семьи! Я выросла у них на руках.
— Какая же я дура! — Регина себя не щадила. Со всей силы шлепнула ладонью по лбу.
