Хорошего мало — пылающие щеки заметны невооруженным взглядом.
Волосы собрала в высокий хвост на макушке. Неплохо. Легкий атласный кремового цвета топ на бретелях, и юбочка-клеш ему в тон, дополняли домашний образ.
Вроде, все прилично. Прикрыто в нужных местах. Даже юбка до колен. Докопаться не до чего. Ему должно понравиться.
СТОП!
Какая тебе разница, что ему понравится, а что нет?! Дать бы тебе по шее!
Разозлившись на саму себя, Лера уверенно постучала. В ответ тишина. Странно. Маргарита Алексеевна сказала, он поднялся к себе после ужина, и больше не спускался.
Сама-то Лера на ужин не успела. Зная это, Роман любезно пригласил ее перекусить в ближайшем ресторанчике. Поразмыслив немного, девушка согласилась. Так что, голода сейчас не испытывала.
Ну, же!
Постучала еще раз. Гораздо громче. Снова, тишина в ответ! Осмелев, слегка приоткрыла дверь:
— Герман?
Комната была пуста, а шторы на окнах задернуты. Из-за включенного ночника в помещении царил полумрак. В прошлый свой визит, Лера не обратила внимания на убранство.
Теперь же, появилась возможность, рассмотреть все хорошенько.
Спальня Давыдова сильно отличалась от той, что принадлежала Глебу. Валерия жила, словно, в царских апартаментах. И, так выглядела большая часть дома. Но, не личное пространство Германа! Здесь явно чувствовалась его рука. Все строго. Сдержано. Без лишнего пафоса. В углу, рядом с окном рабочий стол. Чуть левее, огромный шкаф для документов и книг.
Господи! Кажется, в работе и есть смысл его жизни!
Девушка бросила взгляд на другую стену.
Огромный шкаф. Комод.
Хм! У этого мужчины слабость к гардеробу? Забавно.
Мини бар. Плазменный телевизор на стене. Все, как обычно. Как у всех. Ковер на всю комнату, с большим мягким ворсом. И…невероятных размеров, кровать! Белая. Мягкая. Кожаная. С каретной стяжкой. Уже разобрана. Давыдов, очевидно, приготовился ко сну. Не удивительно, он рано вставал...
Ей бы убраться, да поскорее, но всплывший в памяти образ Германа, в одних пижамных штанах, заставил замереть на месте.
Сумасшедшая!
С бешено колотящимся сердцем, осознала, что вопреки здравому смыслу идет внутрь. Что пальцы уже нежно гладят прохладный благородный шелк простыней.
Сколько женщин побывало в его постели? Нет! Вряд ли он приводил их сюда.
Это не твое дело! Уходи!
Черт…бесполезно!
Словно издалека, до нее донеся шум льющейся воды.
Все верно. Гера принимал душ.
На то указывал и махровый халат, небрежно брошенный на краю кровати.
