Выбираю темно-серую. Прикидываю: попу закрывает. Не знаю, что лучше – остаться в халате и запинаться о подол, или надеть футболку и игнорировать матовый взгляд Чеховского?
Решаюсь на футболку. Если что – еще и шорты выпрошу.
Расслабленно снимаю халат, натягиваю футболку, улыбаясь от кружащего мне голову запаха, и разворачиваюсь. Чеховской стоит у двери, спиной опершись о стену и сунув руки в карманы джинсов. Смотрит на меня осоловело, будто еще стакан коньяка влил в себя, и даже не пытается сделать вид, что стал случайным свидетелем моего переодевания.
– Вы давно тут стоите? – спрашиваю я, еще не привыкнув к его бесцеремонности.
– Успел разглядеть твое кружевное бельишко, – нагло отвечает он, чуть ли не облизываясь.
Слава богу, я хотя бы додумалась надеть белье. Хуже было бы, продемонстрируй я ему свою задницу.
– Какая прелесть, – бурчу, насупившись. – Куда убрать халат?
– Оставь. Горничная уберет. Идем ужинать.
– Спасибо, я не голодна.
– Не вру, – настаиваю я. – Я устала и хочу спать.
Чеховской отклеивается от стены, снимает с себя свитер и расстегивает ремень джинсов.
– Ложись, – кивает на кровать.
Скучковавшиеся на моем затылке мурашки гурьбой несутся вниз по позвоночнику и разбегаются по всему телу.
– На кровать. – Он расстегивает ширинку.
– Тс-с-с… Дом мой. Комната моя. Кровать моя. И правила мои.
– Тоже моя, – заявляет Чеховской, сдернув с себя майку и начав снимать джинсы.
Взглядом пробегаюсь по его торсу и туплюсь под ноги. Коленки подкашиваются от растущего в комнате жара.
Джинсы отлетают в сторону, тихие мерные шаги приближают ко мне завоевателя – того, кого хочу и боюсь одновременно. Я успеваю юркнуть в постель раньше, чем он оказывается на опасно близком расстоянии.
Хохотнув, Чеховской обходит кровать, приподнимает край одеяла и укладывает себя рядом со мной. Матрас под ним проваливается, и я скатываюсь к нему на бок. Приподнимаю лицо и испуганно смотрю в его смеющиеся глаза. Он пальцами убирает растрепавшиеся влажные волосы за мое ухо и улыбается:
Отмалчиваюсь, не в силах оттолкнуть его и отодвинуться.
– Ну ломайся, ломайся. Посмотрим, насколько тебя хватит?
Уязвленная его наглостью, я отворачиваюсь, но он обвивает рукой мою талию и притягивает меня к себе. Моя спина примыкает к его горячей груди. Я лопатками чувствую, как бьется там сердце. Ровно, спокойно. А в ягодицы упирается нечто стремительно затвердевающее.
