Автор
В суете современной жизни герои не замечают настоящего бедствия. Оглушительный крик вырывается из телефона, заставляя остановиться всех вокруг. Пробежка превращается в спасение, когда зовущий за помощью голос становится последним шансом на живучесть в городской толпе....
Может и хорошо, что ты будешь рядом.
Может и хорошо. А может и нет.
- Вы что, меня бросаете, оба? Вы… вы… как вы можете так поступить?
- Мам, ну ты чего? Никто тебя не бросает. Мы вернемся.
- Ты – да. А он?
Смотрю на мать и тут меня прям осеняет. Нет любви, да? Почему же? Она вот его… любит!
Любит. А он?
Глава 33
Коршун опять не отвечает. Но почему-то внутри меня растет уверенность, что у нас всё будет хорошо.
Мы любим друг друга! Мы сильные. И мы справимся! На самом деле справимся, чтобы ни случилось.
Не потому, что мне ни во что больше не остается верить. Потому что… потому что это так!
Наши отношения с первого дня были особенными. Нас… нас словно сама Богиня благословила. Вспоминаю эту смешную пожилую леди – не поворачивается язык назвать ее бабулькой, или старушкой. Хорошо, что у меня есть её визитка. Может… может просто когда-нибудь позвоню, куплю что-то вкусненькое для красотки Мерлин.
Я сижу в комнате, когда раздается звонок в дверь.
Почему-то сразу сжимается сердце.
Неужели пришёл говорить с мамой?
Слышу звук открывающейся двери. Голос мужской, но не моего Коршуна.
Неужели это…
Выхожу и сразу вижу двоих, вернее троих очень похожих мужчин. Стас, его отец, и мой Глеб, который стоит у своей комнаты опираясь на трость.
И мама. Она смотрит прямо перед собой, челюсти сжала.
- Мы можем поговорить, Нина? – голос у отца Стаса хриплый, такой… мужской, низкий, но не грубый, наоборот, как бархат.
У моего Коршуна тоже красивый голос, иногда, когда он говорит у меня просто все сводит внутри, пальчики поджимаются на ногах.
- Виктор, я не знаю зачем вы пришли. По-моему, я предельно ясно дала понять, что разговаривать не желаю. И не желаю ничего общего иметь с вашей семьей. По поводу вашего сына я дочке всё объяснила. Вам тоже. Я против их отношений и общения.
- Нина. Давай спокойно поговорим.
- Я очень спокойно тебе говорю, Коршунов. Убирайся из моей жизни. Один раз ты это сделал удачно. Повтори.
Она поворачивается и смотрит на него.
- Это мой сын? – старший Коршунов кивает на Глеба.
Брат смотрит на него презрительно усмехаясь и отвечает за мать.
- Не переживайте. Не ваш. Разве такой урод может быть вашим сыном?
Сказав это, брат разворачивается и шагает в свою комнату, он хромает, ноги скрючены, руки тоже – опять всё тело в тонусе, ему снова нужно пройти курс в клинике.
