В телефоне раздался последний звонок, Андрей торопливо выскочил на улицу за зарядным устройством. При входе в офис услышал странные возмущения Любы – его давнего приятеля, теперь уже подозреваемой в несуществующих преступлениях. Опоздание и недовольство делают атмосферу офиса напряженной и ожиданием, словно все знают тайну Любы....
Наверное, мало кто на всем белом свете перебирал ладонями немалые деньги с таким выражением лица, как я сейчас. У меня словно сколопендры в руках, а не крупные купюры.
— Как договаривались?
— Да, — хрипло подтвердила я.
— Остальное после. И давай пободрее. Улыбку примерь, а то смотреть тошно, — дал мне «добрый» совет охранник.
Ну да, шлюшка не должна идти к клиенту как гордая, но несломленная судьбой. Это даже смешно будет, если я как на эшафот взойду, чтобы ноги раздвинуть, пффф.
К черту!
— Он там?
— Иди, да, он там, — меня мягко подтолкнули к двери, и я… вошла.
Отель дорогой. Номер тоже не обычный стандарт, комната не одна. Три шага вглубь, и я услышала, как дверь за мной закрылась. Я миновала ванную, заглянув в которую увидела джакузи и просторную кабинку с душем. Пять шагов, и я в гостиной, где в полной тишине меня ждет Алексей.
Сидит на диване, у его ног невысокий стеклянный столик. На нем несколько бокалов, стопок, бутылка водки и коньяк.
— Добрый вечер. Будешь? — кивнул он на стол.
— Добрый. Буду, — я улыбнулась ему, начав отыгрывать свою роль.
Думала, он нальет мне водки или коньяка, но Алексей потянулся к столу, и высыпал из пакетиков, которые я не заметила, таблетки, и белый порошок.
Кокаин.
— Угощайся, мы никуда не торопимся, а тебе, я вижу, нужно расслабиться.
И он, подавая мне пример, наклонился над столом, зажал одну ноздрю, и вдохнул. А затем выпрямился, и тихо застонал от удовольствия.
— Давай-давай, красивая моя, не стесняйся. Товар чистый. Кокс с мелом, который в анусах перевозят, я не употребляю.
Я подошла к нему, и наклонилась над столом.
Налила себе стопку водки, и выпила залпом. Закуски нет, и плевать. Горько, пробирает, но так даже лучше.
— Твое здоровье, — я выпила еще стопку.
Алексей усмехнулся, тоже налил себе, только не водку, а коньяк. На язык положил таблетку, и запил наркотик крепким алкоголем.
— Неужели не хочешь занюхать?
Я покачала головой.
"Немного лукавлю. Именно сейчас неплохо было бы упороться. Но я помню, за сто посадили моего брата — за наркоту, и попросту ненавижу её!
— И не пробовала никогда и ничего? — удивился Алексей, и налил нам по стопке: себе — коньяк, а мне — водку. — Серьезно?
— Пробовала. Курила пару раз.
— Травку?
— Угу. По паре затяжек делала напополам с другом.
— И как? Веселит?
— Нет. Наоборот. Так что я — пас.
— Это ты так думаешь.
