Автор
Ты мое худшее отражение — когда хочется спрятаться под полога, но приходится выступать перед сверкающими тусовками. В актовом зале стены словно сияют ожиданием, а сердце начинает бешенствовать в груди, когда ты знаешь — у тебя нет выбора.
– Что?
– Ты издеваешься надо мной, да? – с отчаянием спрашиваю я. – Ну зачем ты сказал эту ерунду про секретаря, они ведь правда тебе поверили! И будут теперь ко мне лезть!
– Ну и дуры, – легкомысленно отмахивается он. – Забей, Лиля.
Но мою руку при этом не отпускает.
– Лия, – поправляю я, не получаю в ответ никакой реакции, тяжело вздыхаю и осторожно говорю: – Послушай. Захар…
– Зак, – немедленно говорит он.
– Что?
– Мне больше нравится, когда меня зовут Зак.
«Да пофиг мне, что тебе нравится!» – злобно думаю я.
Я слышу, как в коридорах хлопают двери аудиторий, и затем воцаряется тишина. Значит, третья пара уже началась, а Магда Валерьевна не любит опозданий и прогулов. Меня она, кстати, тоже не любит. Просто комбо.
Так. Надо как-то аккуратно избавиться от Громова и поспешить на лекцию. Лучше уж опоздать на нее, чем совсем не прийти.
Я набираюсь храбрости, поднимаю голову и, глядя прямо в наглые зелёные глаза, говорю максимально вежливо:
– Послушай, Зак, я очень тебе благодарна за помощь, правда! Но я же тебе уже все вчера рассказала.
– Ну и зря думала, – хмыкает он и почти ласково интересуется: – Неужели твой вчерашний рассказик – это все, чем ты можешь отблагодарить меня, кукла? Не слишком ли дешево?
– Я не знаю, чем я должна за такое расплатиться! – отчаянно говорю я, потому что правда не понимаю, что ему от меня надо. Протекция моей мамы ему не нужна, он и так в колледже на особом положении, денег с меня не возьмешь, помощь с учебой тоже мимо, а всякие интимные услуги у Зака и так в неограниченных количествах.
Что он тогда пытается от меня получить, черт возьми?
– У меня же ничего нет, – тихо озвучиваю я совершенно очевидную вещь
– Нет, – подтверждает Громов, проходясь по мне незаинтересованным взглядом.
– Тогда я могу идти? – осторожно спрашиваю я.
– Не угадала, – лениво сообщает он. – Пойдешь со мной на пару.
– Зачем?
– Мне там скучно. Будешь меня развлекать.
– Я тебе не клоун, – зло отвечаю я.
– Но ведь это в твоих интересах, разве нет? – насмешливо приподнимает он бровь. – Или тебе хочется, чтобы все узнали о твоей маленькой тайне? Ты ведь сама мне вчера во всем призналась. И если представить, что я делал запись нашего разговора…
– Ты делал?!
– Да, – Громов секунду наслаждается моим ужасом, а потом с усмешкой добавляет: – Или нет. Сложно сказать.
