Автор
Василиса чувствует дрожь в руках Максима, но пытается скрыть страх перед судом. Она знает, что уже пережила самое тяжелое, и теперь осталось лишь окончательное решение — выйти замуж за Максима. Улыбка на его лице пробуждает надежду: если суд будет прощальным формальностям, то вместе они смогут начать новую жизнь....
Лицо горит и мне просто необходимо умыться холодной водой.
В туалете, кроме меня, еще одна женщина, но она быстро уходит. Я только собираюсь закрыть за ней дверь на защелку, потому что хочу остаться одна хотя бы на несколько минут, как в дверь ударяют. Я отскакиваю к стене. Со страхом смотрю на мужские ботинки. Боюсь поднять взгляд. Особенно после того, как слышу:
— Ну, здравствуй, Василиса. Я знал, что мы еще встретимся. Знал.
Раздается звук захлопывающейся двери.
И опять эта самодовольная улыбка на, безусловно, красивом лице.
Беру себя в руки. Я запретила себе реагировать на него. На его фотографии в интернете, на сводки новостей о его личной жизни. Он — пройденный этап.
— Чего молчишь? — ухмыляется. — Так рада меня видеть, что дар речи потеряла?
— Не могу сказать, что меня поразила твоя прозорливость, — отвечаю, глядя прямо ему в глаза. — Как оказалось, бизнес твоего отца не так уж и чист.
— Хм, — Давид не перестает улыбаться, — а ты стала другой.
— Учителя хорошие были.
Делаю шаг в сторону двери, но тут же Давид хватает меня за руку и впечатывает в свое тело.
— Я искал тебя, — шепчет мне в волосы. — Но ты хорошо спряталась. Но я знал, что найду тебя.
— Не ты нашел, Давид, а я сама появилась. Потому что так надо, — поправляю его и упираюсь руками в грудь. Пытаюсь оттолкнуть.
— Опять споришь? — подхватывает меня за попу и усаживает на столешницу. Сам встает между ног. — Зачем сбежала? Разве мы не договорились?
— Ты серьезно, Давид? — я и правда не верю, что он говорит это все всерьез.
— Я же объяснил тебе, что нам на тот момент нельзя было быть вместе. Формально. Но на самом деле мы же были вместе.
— Бред какой-то, — мотаю головой и пытаюсь слезть на пол. — Пусти меня. Перерыв скоро закончится, а мне надо еще с Максимом переговорить.
— Максим, — улыбается Давид. — Никогда бы на него не подумал. А вон как оказалось… Сиди!
Рукой вцепляется в мою ногу, лишая возможности сделать хоть одно движение.
— Это все было раньше. Теперь нам ничто не мешает быть вместе. К черту процесс. Ты уже все рассказала, что от тебя требовалось. Поехали домой, Василиса. Поговорим, — хищно улыбается. — Задолжала ты мне за это время.
— Чего это я задолжала? — не понимаю я. — Денег твоих я не взяла. Помощи от тебя не просила.
— Долг супружеский задолжала, — усмехается, приподняв бровь. — Там уже такие проценты.
Берет мою ладонь и кладет себе на ширинку. Господи, Давид.
