Автор
В глубокой ночи ты решаешь осмотреться в старом учебном здании. Комната биологии остается за закрытыми дверями, а лишь тусклое свечение подсвечивает твое приближение. Ты чувствуешь себя одиноко и незащищенным, как будто тебя следят со стен до потолка.
Они танцуют, он смотрит на нее, с нежностью и вниманием, а она улыбается. Так светло, с гордостью и любовью.
Я не могу отвести взгляда от этой пары, неожиданно ловя в них свое вдохновение, любуясь ими. Сейчас мне неважно, кто они такие: коллеги, муж с женой, может, просто любовники. Главное, что эмоции между ними живые. И чудесные.
Голос начинает звучать чуть проникновеннее, и чуткий Артем, ухватив эту интимность, снижает тональность соло, подыгрывая мне.
Рафик, сейчас мой второй голос, смолкает, позволяя вести, Артем выходит вперед с гитарой, и мы, глядя друг на друга, начинаем исполнять что-то запредельно чувственное, мягкое.
Это так круто, так захватывает, погружает в невероятный, экстатический даже, транс, что мы не замечаем никого и ничего вокруг.
Артем из спокойного, рассудительного парня в этот момент превращается в очаровательного, романтичного хулигана, его улыбка, его взгляд — все цепляет.
Когда затихает последний звук, на нас обрушивается шквал аплодисментов."
"Мы еще пару секунд смотрим друг на друга, словно приходя в себя, а затем я тянусь к Артему, обнимаю его, благодаря за тот кайф, что испытала.
И он тоже обнимает, целует в щеку:
— Это было охрененно, Рапунцель, — смеется он, — веришь, даже жаль, что тебя уже Камень поймал…
— Не тебе одному, — ворчит Сашка, отрывая меня от Артема и настойчиво подталкивая к выходу со сцены, — иди, Вась, посиди чуть-чуть, отдохни.
Я послушно сажусь за столик, пью теплый напиток, чтоб не застужать горло, прикрываю глаза.
Устала.
Хоть последняя песня была невероятно поднимающей настроение, но это как американских горках кататься: подъем, такой, что уши закладывает, а потом — сразу вниз!
— Ты молодец, — раздается рядом со мной тихий женский голос.
Я открываю глаза, смотрю на невысокую худенькую девушку. Красивую такой странной, необычной красотой: что-то восточное, азиатское.
Моргаю, не понимая, откуда она, такая, тут взялась.
Не похожа вообще на местный контингент.
— Вокал — офигеть, — продолжает девушка, садясь рядом со мной на стул, — тебе в Москву надо.
— Спасибо, — отвечаю я, никак не комментируя ее слова.
