Автор
В глубокой ночи ты решаешь осмотреться в старом учебном здании. Комната биологии остается за закрытыми дверями, а лишь тусклое свечение подсвечивает твое приближение. Ты чувствуешь себя одиноко и незащищенным, как будто тебя следят со стен до потолка.
Удивительно, что парни вообще о будущем не задумывались. Верней, не задумывались в той плоскости, в которой об этом думала я.
Они разговаривали про деньги, про дела, про то, что надо выходить из-под влияния Бешеного Лиса, который сдержал обещание и тупо заблокировал сыну все, что мог.
И даже счет, с которого шла оплата за универ, тоже.
Так что вопрос денег был самым насущным, и парни, в перерывах между нашим общим кайфом, на эту тему постоянно говорили.
И качественно затыкали меня, когда пыталась влезть и прояснить про нас, про наши отношения.
Словно тут, в этой сфере, их мало что парило и все устраивало!
Тоже, наверно, до поры…
Сбегаю вниз по лестнице, отмахиваясь от вопросов девчонок.
Не до них сейчас!
Во-первых, я соскучилась за ночь! И холодно мне было, и одиноко. Удивительно, как быстро человек привыкает к тому, от чего тащит! Я привыкла к теплу их, согревающих меня с двух сторон, обнимающих меня, тискающих.
И страшно расстраивалась, что они согласились на мою настойчивую просьбу и оставили меня сегодня ночью в общаге.
Ну и что, что я сама хотела, переживая, что не высплюсь перед началом нового семестра, что у меня чистых вещей не осталось, и тетрадок с лекциями нет.
Могли бы… Настоять!
И, во-вторых, мне очень сильно нужно было пообщаться по поводу нового бизнеса, который они решили замутить. Мне ничего не сказав! Как это так?
Все эти мысли сумбурно скачут у меня в голове, но ровно до тех пор, пока не вылетаю на крыльцо и не вижу Камня, ждущего у машины.
Он, до этого задумчиво изучающий что-то на капоте, резко вскидывает голову, а затем делает шаг ко мне, не отрывая черного горячего взгляда.
Я не могу удержаться, взвизгиваю счастливо и бегу к нему, повисаю на шее, а в следующее мгновение, с чуть испуганным всписком взлетаю вверх!
Камень устраивает меня у себя на талии и жадно припадает к губам, целуя сразу глубоко и грубовато! Показывая, как сильно тоже скучал, как рад мне!
Ох…
Голова кружится, сердце стучит дико и счастливо!
Плевать, что смотрят!
Плевать, что думают!
Я счастлива!
— Пошли скорее в машину, — хрипит Камень, отрываясь от моих губ и жадно вдыхая запах волос, — а то Лисяра там с ума сходит, наверно…
Ох, Лис… Точно, значит, я его угадала на заднем сиденье.
Камень опускает меня, сажает в машину, захлопывает дверь, отрезая от всего мира полумраком салона.
