Автор
В глубокой ночи ты решаешь осмотреться в старом учебном здании. Комната биологии остается за закрытыми дверями, а лишь тусклое свечение подсвечивает твое приближение. Ты чувствуешь себя одиноко и незащищенным, как будто тебя следят со стен до потолка.
"
"А в следующее мгновение ко мне с заднего сиденья наклоняется Лис, обхватывает прямо вместе со спинкой, грубо и ревниво целует в шею:
— Малыш… Блять, как я этому уроду завидую! Иди ко мне…
— Лис… Ой-й-й…
Я больше не успеваю ничего сказать, он привстает и тянет меня за плечи к себе, на заднее.
Да так ловко это делает, так шустро, что только ногами взбрыкнуть успеваю!
Потрясенно выдыхаю уже лежа на спине на заднем сиденье, глядя в темные в полумраке машины глаза напряженного Лиса, нависшего надо мной.
— Скучал так, малыш… — шепчет он, наклоняясь и обдавая теплым дыханием мои губы, — хочу тебя…
— Да что за бля! — прыгает на водительское Камень, оборачивается назад, видит нас с Лисом и ругается долго, от души, рассказывая “обнаглевшему в край” Лису, что он неправильно поступает, и вообще “сучара сивый”.
— Не тормози, — рычит на него Лис, не отрывая взгляда от моего лица, — погнали, бля! До пар еще полчаса.
— Нихуя не успеем! — Камень с психом выруливает со стоянки у общаги.
— Ну, ты, может, и нет, а вот мы… — шепчет Лис и приникает ко мне в сладком поцелуе, от которого отключаются все ненужные сейчас мысли.
Мы — точно успеем, да-а-а…
72
— Малыш, вообще не думай про это, — Лис лениво и сыто целует меня, урчит в ухо на мягких оборотах, с сексуальным похрипыванием, — это наши проблемы.
— Ну как это? — удивляюсь я, не желая очаровываться и успокаиваться, смотрю на Камня, медленными задумчивыми движениями наглаживающего мои ступни, — это же… и из-за меня в том числе!
Мы прогуливаем первую пару, если что.
Верней, я прогуливаю, а парни, оказывается, изначально не планировали на нее идти.
Почаса никому ни на что не хватило.
Камень, выведенный до предела “беспределом сивого придурка”, резко свернул с привычной дороги, вырулил к набережной, в закуток, который в нашем городе был всем знаком под названием “тупичок любви”.
Туда по ночам приезжали люди, желающие уединиться для вполне понятных вещей.
А теперь очень даже в курсе.
Днем, тем более в такое раннее время, ни одной машины там не было, и никто не мог помешать.
Камень, матерно рыча, затормозил, выбрался из-за руля, открыл заднюю дверь, плюхнулся на сиденье и бесцеремонно вытянул меня из-под Лиса.
Я лишь ахнуть успела, а Лис — хлопнуть ушами.
