— Ну что же, — только-только совсем редкий дождь неожиданно стал сильнее, раскаты ближе. Давид снова выругался, поморщился махнул рукой и, больше ничего не сказав, почти побежал к калитке, оставив меня держащейся за ручку чемодана.
Я проводила его взглядом. Калитка хлопнула, и только тогда я сделала было шаг, но не успела пройти и пары метров, ветер задрал подол моего платья до самых ягодиц, а с неба хлынуло так, что я едва не взвизгнула. Бросилась вперёд и остановилась у двери уже совершенно мокрая. Поспешно вставила в скважину ключ и зашла в дом.
— Чёрт, — процедила я, поняв, что у меня нет не только интернета, но и обычной сотовой сети.
Дисплей телефона был единственным источником света, если не считать того блёклого, что проникал с улицы сквозь окно. Ещё совсем девчонкой я слышала про полярное сияние на севере, про белые ночи, но даже представить себе не могла, что это такое до тех пор, пока не оказалась в Грате. Белая молочная дымка, почти не затягивающаяся темнотой. Почти. Потому что сейчас из-за низких туч вокруг стояла самая настоящая темень.
Отбросив бесполезный телефон на стол, я едва ли не наощупь убрала в неработающий холодильник переданные мне с собой Франческой продукты и открыла кран, чтобы сполоснуть руки, и только когда из него не вытекло ни капли, вспомнила, что воду, как и свет, тоже нужно включить.
— И скажи мне, что тут нужно делать, раз такая умная, — язвительно бросила я Жорке, когда та боднула меня под локоть, стоило мне присесть возле открытой дверцы под раковиной.
Покрутила один кран, другой и неожиданно услышала, как кран забулькал. Поднялась, не до конца веря, что смогла что-то сделать и тут же вскрикнула – брызги разлетевшейся воды попали на платье, оказались на моих руках. Фырча и кряхтя, кран плюнулся ещё раз, за ним ещё и наконец выдал мощную струю.
— С ума сойти, — не без опаски покрутила я вентиль, убавляя напор. Вздохнула, вымыла руки, надеясь, что вот-вот ледяная струя станет хотя бы немного теплее. Куда уж…
С пола до меня донеслось мяуканье. То ли вопросительное, то ли сочувственное. Не хватало мне только сочувствия кошки!
— Отстань! – шикнула я на неё, с досадой понимая, что горячей воды, по крайней мере сегодня, не дождусь.
Наплевав на всё, сняла мокрое платье и кинула прямо на стол, а следом за ним такое же мокрое бельё. Терять мне было уже нечего. Дверь я заперла, а в остальном…
— Хочешь пить? – я наполнила первую подвернувшуюся тарелку и поставила на пол, — пей.
