Погрузившись в мрачную атмосферу холодной зимней Москвы, главная героиня шагает к своему предстоящему смертельному обещанию. Встреча с любовником превращается в кошмарное риторическое расставание, когда каждый шаг кажется последним перед неизбежным.
Ох, опять эта Ирочка! Прям корежит меня от нее! Трясёт, как во время вируса! Что со мной? Почему меня это волнует? Задевает!
Я не могла определиться с собственными чувствами. Впервые со мной такое, честно. Наверное, я заболела. Каким-нибудь неврозом.
— Па, а у нас в роду у кого-нибудь были неврозы?
Я потрогала свой лоб, проверив наличие температуры, а затем ещё и пульс посчитала, и обратилась к родителю, когда вернулась обратно на кухню.
Так, что это? На столе я увидела бутылку коньяка. Нехорошо. Папа чем-то недоволен.
— Нет, не было, — усмехнулся, приглушив первую рюмочку. — А почему спрашиваешь?
— Не, ничего.
— Слушай, Ники, мне показалось, или ты нагрубила Волкану? Что это было? Такое хорошее начало, и такой отвратительный конец вечера.
— А было то, что Волкан, папа, бабник. И сейчас он побежал на очередную свиданку, — размахивая руками, я практически сорвалась на крик от захлестывающих эмоций.
— Брось, вы хорошо смотритесь вместе.
— Ложь. Он постоянно надо мной издевается. Играет, чтобы затащить… кое-куда, а потом забыть. А ты? Ты что же это, решил устроить моё будущее? — с каждым новым предложением, я закипала ещё пуще. — Зачем я только на учёбу хожу? Зачем чего-то добиваюсь? Такой, как Волкан, меня просто украдёт и утащит за границу. А там я стану в лучшем случае домохозяйкой. В худшем — второй женой. В самом-самом худшем случае — красивой игрушкой без права голоса. А как же моя самооценка? Как же карьера? Пять лет в институте?
Невыносимо! Пора под холодный душ.
— Он — сын моего лучшего друга, я очень хорошо знаю Волкана. Он надёжный и заботливый мужчина. Было бы здорово, если бы вы поладили. Успокойся, дочь. Не преувеличивай. Вот уж бабьё эмоциональное, — сразу было видно, что папа выпил.
— Никогда! — крикнула я, отступая назад. — Он бабник, па! Баб-ник!
Вылетев из кухни, я влетела в свою комнату. Хлопнула дверью, прислонившись спиной к опоре, сползла на пол. Ресницы стали влажными.
Как же трудно бороться с его чарами и своими истинными чувствами… Он гордый, да! Но и я тоже не подарок. Пока не заслужил. Пусть волосы рвёт и доказывает, что я ему дорога."
"А он к Ирочке своей помчался. Га-а-ад!
Глава 7
Волкан
— Братиш, привет! Как ты долетел? Надолго ли там, «во льдах», застрянешь? — в трубке раздался весёлый голос любимой младшей сестрички. Она затараторила на арабском.
