Уже за полночь неожиданно появляется красавчик Бьорн в сопровождении Фоски, этой жалкой пуделихи. Мы не ожидали здесь встретиться, и я наблюдаю, как Лайла сразу же идет танцевать с каким-то типом.
Увидев меня, такую буйную, Бьорн подходит ко мне, целует в обе щеки и спрашивает:
– Что ты здесь делаешь?
Я слегка перебрала мохито. Отвечаю:
– Танцую, пью и кричу: «Сахарок!»
Он разражается смехом. А пуделиха – нет."
"– Эрик здесь? – спрашивает он.
– Не-е-е-е-е-е-е-е-е… Ему не нравится это логово разврата.
Мой друг кивает, оглядывается вокруг и шепчет:
– Если бы ты была моей женой, мне бы оно тоже не понравилось.
Я хохочу. Они с Эриком из одного теста!
Когда начинается следующая песня, хватаю его за руку и приглашаю танцевать. Надо же… У этого немца чувство ритма, как у кубинца. Чем насыщеннее становится песня, тем ритмичнее наши движения и громче смех.
Пуделиха же танцует с другом Рейналдо, а Бьорн, приблизившись ко мне, шепчет на ухо:
– Тебе не стоит гулять с Лайлой.
– Почему?
– Она не очень хорошая личность.
Услышав это, вспоминаю о нашем неоконченном разговоре и, схватив его, тяну к бару, не боясь, что пуделиха начнет тявкать. Заказываю у бармена две маргариты и говорю:
– Рассказывай, что произошло между тобой и Лайлой.
Мой дружок-красавчик соглашается рассказать, делает глоток и, пронзив меня взглядом своих голубых глаз, потирает подбородок:
– Знаешь, кто такой Леонард Гуцтл?
– Нет.
– Это мужчина, который жил с Ханной и Флином, когда…
– Я его знаю!
– Знаешь?
Киваю и поясняю:
– Как-то вечером несколько месяцев назад я прогуливалась с Трусишкой по своему району, увидела мужчину, у которого было что-то не в порядке с машиной. Подошла к нему, заглянула под капот, и это оказался сгоревший предохранитель. Поменяла его, и мы представились друг другу. Затем приехал Эрик, и они чуть не повздорили. Когда тот мужчина уехал, Эрик сказал, что это был Леонард Гуцтл, жених Ханны, который после ее смерти не захотел ничего слышать о Флине. Это так?
Бьорн кивает:
– Раз ты уже знаешь, что думает Эрик об этом идиоте, то как тебе понравится, если я скажу, что застал Лайлу с ним в машине Эрика через неделю после смерти Ханны?
Я с отвисшей челюстью таращусь на него, а он добавляет:
– Я увидел в подземном гараже своего дома припаркованный старый «Мерседес» Эрика и пошел к нему. Но каково было мое удивление, когда я застал там эту парочку. Они трахались, как мандрилы, на заднем сиденье. Совсем недавно погибла Ханна, а эти…
– Боже мой, если бы Эрик узнал…
– Вот именно, если бы Эрик узнал! Но он не узнал. Я избавил его от этой горькой пилюли. А вот этой идиотке я сказал немедленно убраться из дома Эрика, иначе я ему все расскажу.
– Спасибо, Бьорн, – шепчу я с благодарностью.