Когда пью, облокотившись на стол, из прачечной доносится шушуканье Симоны:
– Зачем она сюда приезжает?
– Лайла приезжает в Германию по работе.
– Может быть, ей непонятно, что ее присутствие нас смущает?
– Женщина, послушай, – слышу я голос Норберта. – Что было, то прошло. Это моя племянница.
– Вот именно, твоя племянница. Эта бестолковая, которая…
– Симона…
– Когда она приедет?
– Завтра.
– Будь она проклята!
– Симона, пожалуйста, попридержи язык! – порицает ее Норберт.
Я невольно ухмыляюсь. Вдруг слышится крайне разъяренный голос Симоны:"
"– Ну конечно, и поскольку твоя племянница очень воспитанная девушка, она сначала звонит сеньору Циммерману, а не тебе, и просится остановится в этом доме, а не в нашем, ведь так? Ты что, не помнишь, что произошло бы, если бы здесь не оказался Бьорн?
– Да помню я, успокойся, и этого больше не повторится.
Я слышу, как дверь прачечной открывается. Из окна вижу, что разъяренная Симона торопится к себе домой, а следом идет Норберт.
Что происходит?
Изумленная, провожаю их взглядом. Впервые на моей памяти эта простодушная парочка не пришла к согласию, и меня это немного обеспокоило. Однако больше меня волнует, кто такая Лайла, почему она звонит Эрику, а не своему дяде, и что было в последний раз.
Нужно как можно скорее поговорить с Симоной.
Вечером, когда мы с Эриком в спальне, я показываю ему свой мобильный и спрашиваю:
– Знаешь, какую мелодию я поставила на твой вызов?
Он бросает на меня взгляд, берет свой мобильный, набирает мой номер и улыбается, узнав мелодию ранчеры «Если нам позволят».
Влюбленные по уши, мы обнимаемся и сияем улыбками. Минут через пять, после долгих поцелуев, как только Эрик меня отпускает, спрашиваю:
– Я могу тебя кое о чем спросить?
– Конечно, дорогая. Можешь спрашивать что угодно.
– Ты дашь мне работу?
Эрик смотрит на меня. Потом улыбается, обнимает и говорит, приблизившись к моим губам:
– Я уже давно сказал тебе, малышка, что твой контракт возобновлен на всю жизнь.
Я смеюсь. Помню, что он сказал мне это в тот день, когда я послала ему цветы в кабинет, но продолжаю настаивать:
– Я имею в виду работу в офисе компании «Мюллер».
– Работу? – Отпуская меня, он спрашивает: – Зачем?
– Затем, что, когда Декстер и Грациэла уедут, я умру от скуки. Я привыкла работать, и мне не по душе праздная жизнь.
– Дорогая, я работаю за двоих.
– Но я хочу принимать в этом участие. Понимаю, что у тебя много денег, и…
– У нас, малышка, – прерывает он меня, – у нас. Прежде чем ты продолжишь, скажу, что тебе не нужно работать, потому что я свободно могу тебя содержать. Не хочу, чтобы моя жена была привязана к расписанию, не совпадающему с моим. Не хочу лишаться общения с тобой лишь потому, что тебе нужно выполнять какие-то обязанности. Поэтому тема закрыта.