Автор
Эрик и Джудит наконец-то вместе. Но их страсть и любовь будут испытаны жестокими испытаниями судьбы. Сможет ли их чувство пережить предательства, тайны и преграды, встающие на пути влюбленных? История о том, как настоящая любовь требует не только слов, но и поступков.
Когда я возвращаюсь домой, Симона сообщает, что хозяин отправился спать.
Смотрю на часы. Половина двенадцатого.
Сбитая с толку тем, что Эрик лег спать, не дождавшись, пока я вернусь, вхожу в дом и, напоив собак, осторожно поднимаюсь по лестнице. Заглядываю к Флину и вижу, что он спит. Подхожу к нему, целую его в лоб и иду в нашу с Эриком комнату. Захожу и смотрю на кровать. Я не могу в темноте увидеть Эрика, но точно знаю, что неясный силуэт на кровати – это именно он. Я тихо раздеваюсь и ложусь в постель. У меня ледяные ноги. Хочу обнять его, но, когда я к нему придвигаюсь, он отворачивается от меня.
Меня ранит его презрение, но, желая поговорить с ним, шепчу:
– Эрик, дорогой, мне очень жаль. Пожалуйста, прости меня.
Я знаю, что он не спит. Я это точно знаю. И тогда, не поворачиваясь, он отвечает:
– Ты прощена. Спи. Уже поздно.
С разбитым сердцем съеживаюсь на кровати и, не прикасаясь к нему, пытаюсь уснуть. Я долго ворочаюсь и все-таки засыпаю.
37
На следующее утро я просыпаюсь в постели одна. Меня это не удивляет, однако когда я спускаюсь в кухню и Симона сообщает, что хозяин уже уехал на работу, я фыркаю от возмущения. Почему я так долго спала именно сегодня?
Я кое-как провожу время с Флином. Мальчик раздражителен, у него разболелась рука, и он не расположен со мной общаться.
Совсем отчаявшись, сажусь вместе с Симоной смотреть «Безумную Эсмеральду». В этой серии Альфредо Киньонес, возлюбленный Эсмеральды Мендоса, думает, что она изменяет ему с Ригоберто, молодым конюхом, который служит у семьи Альконес де Сан-Хуан. Когда заканчивается серия, мы с Симоной в отчаянии переглядываемся. Как они могут заканчивать серию на самом интересном месте?
Эрик на обед не приезжает и, вернувшись из офиса вечером, при встрече не целует меня. В знак приветствия он сухо кивает мне и поднимается в комнату к племяннику. Он ужинает вместе с ним, а когда настает время спать, делает то же самое, что и вчера вечером. Отворачивается от меня и не разговаривает. Не обнимает меня.
Я четыре дня терплю такое отношение к себе. Он не разговаривает со мной. Не смотрит на меня. А в четверг поражает меня тем, что заходит в мою комнатку и заявляет:
– Нам нужно поговорить.
О господи! Как же страшно звучит эта фраза! Она убийственная, но я соглашаюсь.
Он велит мне пройти в его кабинет, а сам идет навестить племянника. Я послушно иду в кабинет и жду его. Я жду его целых два часа. Он это нарочно делает. И когда он входит в кабинет, мои нервы на пределе.
