Автор
В этой новелле Меган Максвелл ты будешь окунута в безудержное нежание и страстные поцелуи с главными героями - удивительно очаровательной Джуд и отважным Эриком. Наполненная эмоциями и тонкими психологическими изысками, эта история будет дарить тысячу поцелуев, заставляя тебя не вылезать из кровати даже после чтения первой страницы....
Между нами повисает напряженное молчание, но он ни на секунду не спускает с меня глаз. И вдруг уголки его губ расплываются в улыбке:
– Ты удивительно смелая и совершенно необыкновенная.
Не желая улыбаться, я вопросительно приподнимаю бровь.
– К тому же я иногда ругаюсь.
Эрик смеется моим словам.
– Я потерял дар речи от того, что ты устроила в офисе.
– От чего? Оттого, что я высказала правду своей бывшей идиотке начальнице? Или оттого, что я уволилась с работы?
– От всего этого и оттого, что ты послала меня к черту перед директором по персоналу.
На этот раз киваю я и улыбаюсь. Он прав. Это было просто ужасно. В комнате повисает молчание.
Эрик смотрит на меня – я вижу, что он ждет от меня поцелуя. Я понимаю, что он жаждет контакта со мной, но пока не хочу, чтобы для него это все так просто закончилось.
– Ты уверен, что ты меня так сильно любишь?
– Еще больше, – шепчет он, приблизив нос к моей шее.
У меня колотится сердце, я теряю голову от его запаха, близости и уверенности. Я сейчас могу мечтать только о том, чтобы он меня раздел и овладел мною.
Его близость невыносима, но я полна решимости высказать все, что накипело. Я отодвигаюсь и шепчу:
– Я хочу, чтобы ты знал, как сильно я рассержена.
– Мне жаль, крошка.
– Ты заставил меня страдать.
– Мне жаль, малышка.
Он снова за свое. Его губы целуют мое обнаженное плечо. О боо-о-оже, как же приятно!
Но нет.
– Ты, сеньор Циммерман, прочувствуешь это, прочувствуешь очень хорошо! С этого момента каждый раз, как я буду на тебя сердиться, ты будешь наказан. Я устала оттого, что наказываешь только ты.
Он удивленно поднимает бровь:
– И как ты собираешься меня наказывать?
Я встаю с кресла. Ему не нравятся неуправляемые? Ну, тогда держись. Медленно поворачиваюсь перед ним, уверенная в своей сексуальности.
– Пока что лишив тебя того, чего ты больше всего желаешь.
Айсмен встает. Ох! Он просто великан. Пригвоздив меня голубыми глазами к месту, он спрашивает:
– Что ты имеешь в виду?
Я делаю несколько шагов по комнате. Он наблюдает за мной, и, когда оказываюсь за столом, я проясняю:
– Ты не будешь наслаждаться моим телом. Это и есть твое наказание.
Вот это напряжение! Воздух можно резать ножом. Выражение его лица меняется у меня на глазах.
