Автор
В теплые русские утренние часы звонит Оля мужу, но он на дежурстве и занят сложной операцией. Оставшись одна, она берет работу и ожидает его возвращения домой. Встреча супругов наполнена не только приветствием, но и усталостью после ночных работ.
— Ты правда думаешь, что я бы сделал? Дочь, правда? — заглянул ей в лицо, показывая глазами, что очень ее люблю.
— Нет, — покачала головой и бросилась ко мне в объятия. Я натянул капюшон, застегнул куртку и взял дочь на руки — домой понес.
— Алиса злая. Не хочу такую маму! — твердо решила, оказавшись перед парадной дверью.
— Знаешь, я тоже не хочу."
"В квартире было пусто. Отлично. Ушла на балет. Я набрал ванную с пеной для дочки, чтобы отогрелась, а сам достал несколько чемоданов и запихнул в них пожитки первой жены.
Она ничего особо в квартиру не привнесла, даже интерьер, который ругала и ассоциировала исключительно с Олей, оставила. Ленивая. Кажется, за тридцать лет научилась только ноги раздвигать. Чемоданы я выставил на лестничную клетку. Если не такая дура — уйдет молча.
Это я понял, когда в двенадцать ночи она пришла домой, пылая праведным гневом.
— Ты вообще, что ли?! Выгоняешь меня!
— Заткнись, — стал на проходе, оставляя место для маневра только в коридоре. — Ребенок спит. Что тебе не понятно?
— Ты меня бросаешь?!
— Да, бросаю. Как женщина ты меня не интересуешь больше. Как жена тем более. Официально ты мать Сони, но мы оба понимаем, что тебе это все не надо. Лети, бабочка, ищи другой цветок для опыления.
— Нет! Ты мой! Мы должны быть вместе!
Я только тяжело вздохнул: знал, что вечер не будет томным, но все же надеялся.
Теперь я чуть больше понимал причины возвращения Алисы: отец умер, деньги закончились, и она неожиданно вспомнила обо мне. Очевидно, хотела зацепиться за перспективы. Мне прочили должность главного врача Москвы в будущем: это и статус, и деньги — Алисе очень подходит, она ведь из такой семьи вышла.
— Но почему, Рус? — снова попыталась взять меня сочным формами и умелым оральным экспромтом.
— Какой же я дурак, — смеялся сам с себя. — Я ведь думал, что люблю тебя, а я просто хотел мечту. Ты долго была моей мечтой, Алиса. Точнее, думал, что ты ее была. Но, как оказалось, я давно мечтал о другом. О другой…
— Ты всегда любил меня! Я главная женщина в твоей жизни.
— Я люблю дочь! Я люблю Олю, а ты… — снисходительно осмотрел ее: вроде бы красивая женщина, а нутро — сплошное уродливое нечто.
