В У парадном подъезде Архангельский создает драматическую сцену на пороге современной жизни. Здесь, перед лицом демократии и общественного обсуждения всех вопросов, чисто художественный голос выглядит невероятно отчужденным и ненужным. Книга предлагает взрывы эмоций и глубокие интриги в историческом ландшафте стремительно меняющегося города....
Почти теми же словами и почти то же переживание пять лет спустя воссоздано в стихотворении «Годами когда-нибудь в зале концертной…» —"
"(…) Мне Брамса сыграют — тоской изойду.Я вздрогну, я вспомню союз шестисердый.Прогулки, купанье и клумбы в саду, (…)И вымокну раньше, чем выплачусь, я.И станут кружком наЛужке интермеццо,Руками, как дерево, песнь охватив,Как тени, вертеться четыре семействаПод чистый, как детство, немецкий мотив.Вряд ли есть пространственные образы, противоречащие друг другу больше, чем концертная зала и «прогулки, купанье и клумбы в саду».
Пастернак все готов сравнивать с детством, даже то, что во времена его «начальной поры» вообще не существовало.
(…) вдруг он вспомнил детство, детство,И монастырский сад, и грешников (…)И мальчик облекался в латы,За мать в воображеньи ратуя,И налетал на супостатаС такой же свастикой хвостатою. (…)Эта готовность «сопрягать далековатые предметы» — проявление философии, для которой прошлое и настоящее, будущее и вечное пересекаются в точке детства, наделяя его свойствами «всеобщего эквивалента» духовности, делая поводом и объектом сравнения всего со всем.
Преломляющее общеизвестный евангельский сюжет, стихотворение это в своей структуре содержит значимое противоречие.
