Грейсу показалось, будто он где-то видел этого парня – причем совсем недавно. Но где? Где, ради всего святого, он мог его видеть?
Брэнсон, как положено, предъявил удостоверение, но Марк Уоррен почти не взглянул на него. Следом за хозяином детективы прошли в просторную гостиную, где два красных дивана образовывали угол, а длинный и узкий черный лакированный стол служил границей «обеденной» зоны.
Студия, как отметил Грейс, походила на квартиру Эшли Харпер. Она тоже была оформлена в минималистском стиле, только на дизайн ушло куда больше денег. В одном углу на высоком черном постаменте красовалась африканская маска. На стенах висели модные, хотя и малопонятные абстрактные картины, из высокого окна открывался превосходный вид на море и Дворцовый пирс. На плоском экране дорогого телевизора с приглушенным звуком «Банг и Олуфсен» шли новости.
– Принести вам чего-нибудь выпить? – осведомился Марк Уоррен, нервно потирая руки.
Грейс внимательно оглядел его, подмечая все жесты, прислушиваясь к интонациям. Молодой человек источал тревогу. Ему явно было не по себе. Что неудивительно – принимая во внимание то, что ему пришлось пережить. По опыту Грейс знал: выжившие в катастрофе часто мучаются комплексом вины.
– Спасибо, не стоит, – ответил Брэнсон. – Мы не собираемся вас задерживать, у нас всего несколько вопросов.
– Есть какие-нибудь новости о Майкле?
Грейс рассказал, как они объезжали пабы, и о пропавшем гробе. Молодой человек отвечал как-то невпопад, и в голове у Грейса вспыхнул сигнал тревоги – правда, пока маленький, больше похожий на искорку.
– Поверить не могу, что они стащили гроб, – вытаращил глаза Марк Уоррен.
– Вам следовало быть в курсе, – возразил Грейс. – Разве в обязанности шафера не входит организация мальчишника?
– Да, я читал по Интернету, – согласился тот.
– Значит, вам ничего не было известно? – нахмурился Грейс. – Совсем ничего?
Марк заволновался и поначалу заговорил дрожащим голосом:
– Н-нет, я этого не утверждал… Вначале… мы собирались… то есть Люк предлагал… вызвать стриптизершу… – Понемногу он успокаивался. – Но потом решили, что стриптиз – это вчерашний день… захотелось чего-то пооригинальнее.
– Вы собирались отомстить Майклу Харрисону за все его розыгрыши?
Марк Уоррен заметно растерялся:
– Да… что-то вроде этого…
– Но про гроб вы не говорили? – спросил Рой Грейс, сосредоточившись на зрачках Уоррена.
– Нет! – возмущенно воскликнул тот.
– О тиковом гробе, – уточнил Грейс.
