Через пару минут Гуров поставил свой автомобиль на стоянку и уже поднимался в лифте телецентра.
Сенин сам вышел к нему в коридор. Он был без грима и своего шикарного костюма, в котором обычно блистал перед камерой.
Андрей стремительно подошел к полковнику, пожал ему руку, улыбнулся и сказал:
— Выкроил ради вас несколько минут.
— Весьма благодарен. А где ваш друг Федор Полонский? Было бы удобнее поговорить сразу с вами обоими, чтобы не терять время.
Сенин снова замялся и, как показалось Гурову, испугался. Глаза его почему-то начали бегать.
Он закашлялся, достал платок, долго и старательно сморкался в него, потом сказал:
— Здесь его нет. Я тут по своим делам.
— Андрей Денисович, а как бы мне найти его? Я звоню на сотовый и на домашний, а он не отвечает. Где может быть Федор?
Сенин нахмурился, потом торопливо начал оправдываться:
— Не знаю. Мы, собственно, не столько друзья, сколько коллеги, партнеры! У него свои дела. Мало ли где он может быть.
— А я уж подумал, не заболел ли он. — Гуров внимательно следил за реакцией Сенина.
— Не знаю, не знаю, не знаю! — нервно постукивая ногой, несколько раз повторил Андрей как заклинание, натянуто рассмеялся и заявил: — Да что вы так переживаете? Федя большой мальчик. Он найдется!
Однако Гуров понял, что Сенин знает, где находится Полонский и почему тот недоступен для оперативников. Но вот почему скрывает? И по какой причине шифруется сам Полонский? Этот момент обязательно нужно было прояснить. Какова роль телеведущего в убийстве Анны Кристаллер? Если он не имеет к нему отношения, то почему такая реакция?
Но давить сейчас на Сенина было не только бессмысленно, но и неблагоразумно. Он, разумеется, тут же сообщит Полонскому, что полковник Гуров сильно им интересуется, и тот может вообще уйти в тень. С такими финансовыми и профессиональными возможностями он вполне мог себе это позволить. Значит, надо действовать по-другому — хитрее, тоньше.
Гуров задал Сенину ряд дежурных вопросов, дабы у того не возникло подозрений в том, что сыщик приехал лишь ради того, чтобы выяснить местонахождение Полонского. Минут через десять полковник закончил, и Сенин с облегчением протянул ему руку.
— Андрей Денисович, вы, пожалуйста, передайте Полонскому, чтобы он связался со мной, как только освободится, или хотя бы ответил на мой звонок, — на прощание сказал Гуров. — Мне не хотелось бы затягивать наш разговор надолго, тем более что он, в общем, формальный.
— Непременно, конечно же! — Сенин затряс начесанной головой.