Попадались на пути и трактиры, готовые распахнуть двери для уставших путников, заманивали ароматом мяса, поджаривающегося на вертеле, обещанием мягкой постели и сладкого сна. Да только расплатиться за ночлег нечем.
Дегар будто знал, куда идет. Казалось, что он вовсе не устал, но Эви помнила, что глупый демон может попросту не рассчитать сил. Если он свалится посреди улицы, что она будет с ним делать?
– И куда ты? – не выдержала она. – Надеюсь, не во дворец прямой наводкой?
Она представила выпученные глаза короля Бальтазара, когда на пороге тронного зала появятся оборванцы, требующие аудиенции. Еще сильнее он удивится, когда увидит украденный из Цитадели Олгун – хранители наверняка отправили бумажного голубка, рассказали в красках о двух стажерах-самозванцах, которые не только ограбили неприступную крепость, но и учинили немыслимый разгром. Выпученные глаза воображение Эви рисовало отлично, а вот дальше фантазия отказывала. Самый невинный вариант развития событий – темница. А самый вероятный – казнь на месте.
– Ведь не во дворец? – жалобно переспросила она.
– Я, по-твоему, самоубийца? – откликнулся Дегар.
Эвелина поразмышляла над этим вопросом и ответила честно:
– По-моему, да! Похоже, тебе нравится лишаться головы!
Демон усмехнулся, спорить не стал.
Они вышли к торговым рядам, которые сейчас, в сумерках, почти опустели. Последние торговцы упаковывали в корзины нераспроданный товар – подгнившие овощи, завядшие пучки зелени, зачерствевший хлеб. В воздухе стояла тошнотворная вонь от рыбьей требухи: рыбаки разделывали улов тут же, скидывали прямо на землю головы и внутренности – уборщики до утра наведут порядок.
Демон встал, оглядываясь, отыскивая кого-то взглядом. Заприметил сгорбленную старушку, которая, несмотря на приближающуюся ночь, не двигалась с места, поводила плечами под тонкой и, это было видно даже издалека, ветхой накидкой, ждала припозднившихся покупателей.
На дне перевернутой корзины лежали горкой прошлогодние яблоки. Товар не пользовался спросом: у ног старухи стояла еще одна полная корзина.
– Идем.
– Куда? К ней? Зачем?
Дегар красноречиво закатил глаза.
– В двух словах! – взмолилась Эви, зная, что демон не любит попусту сотрясать воздух.
– Бедная. Одинокая. Она поймет уставших путников.
«Хм, а ведь правда. Если уж кто-то и приютит нас в этом чистеньком городе, то кто-то, кому не понаслышке знакомы голод и холод… Ну или просто отлупит нас корзиной!»
Торговка подняла голову, увидела «уставшего путника», который возвышался над ней горой, и нервно сглотнула.
– Яблочка, миленький? Или вот девушке своей купите! – пролепетала она.
Переговоры Эви взяла на себя. Дегар роняет слова по капле и только перепугает бедняжку.
– Бабушка, мы паломники.