Гу Юнь обернулся и кому-то замахал рукой. Во двор сейчас же вошли несколько солдат, неся с собой огромный ящик. Поставив его на землю, они сделали один шаг назад, выстроились в ряд и синхронно опустились на одно колено.
Гу Юнь поднял руку и дал знак солдатам, чтобы те встали. Затем он вышел вперед лично открыть замок на ящике. Задержав руку на механизме, точно желал подразнить маленьких детей, он оглянулся и с загадочной улыбкой обратился к Чан Гэну:
— Подойди. Я хотел бы показать тебе кое-что любопытное.
Крышка ящика со скрипом открылась. Гэ Пансяо взглянул на Чан Гэна. Тот продолжал молчать, но сдержать свое любопытство он не мог, а потому шагнул вперед, чтобы все-таки взглянуть на таинственное содержимое ящика. Но стоило ему подойти ближе, как он тут же вскрикнул от изумления.
Внутри коробки оказалась серебристо-серая тяжелая броня. Вдоль всего корпуса брони не было никаких лишних следов пестрящей раскраски. Каждая выемка и изгиб казались одновременно пугающе и чарующе красивыми. В сравнении с этой броней доспехи варваров выглядели не более чем грудой тяжелого металла.
С ноткой гордости в голосе Гу Юнь пояснил:
— Ее изготовил на заказ мастер института "Лин Шу". Огневая мощь Цзылюцзиня в ней в два раза выше по сравнению с другими моделями тяжелой брони. Швы имеют армирующий слой, и, к тому же, ни один Сю Чжун Сы не застрянет в поручах, в отличие от рухляди варваров. Этот шедевр значительно эффективнее того, что использовал я, будучи еще молодым и неопытным. Однако у этой брони до сих пор нет имени... Ты уже в том возрасте, когда у тебя вот-вот должно появиться взрослое имя, а ее ты сможешь называть своим детским.
Кроме бликов света, отражавшихся от брони в глазах Чан Гэна, ни одна тень эмоций не взыграла на его лице. Особенно после того, как Гу Юнь предложил ему дать тяжелой броне имя "Чан Гэн". Он не понимал, с каких это пор имя "Чан Гэн" стало настолько расхожим. Сю Нян – Ху Гээр и Гу Юнь – похоже, что они оба отдают предпочтение именно этому имени.
Обезумевшая женщина, называвшая себя его матерью, ни раз травившая его, дала мальчику это имя: "Чан Гэн". Его собственный ифу, о котором он хотел заботиться всю оставшуюся жизнь – пока все эти планы не превратились в лопнувший пузырь – подаривший ему эту превосходную тяжелую броню, предложил дать ей имя "Чан Гэн".
