В темном лесу, где лишь странные блестки света прорывались сквозь толщу густых зарослей, стоял Сержант Леший. Он уже умирал... Но даже тогда его могучий череп и изящная рука с СВД казались необычайно мощными, наполненными невероятной силой. Мир вокруг затихал, оставаясь лишь наблюдателем этого последнего молнией быстрого движения – и тотчас все замирало....
Навернув Петьке кулаком по затылку и с ходу добавив коленом в правую почку, я ухватил его за волосы, отрывая от стены и, выдернув из цепких рук девочку, аккуратно уложил ее на ковер.
Болезненно сморщившись, Дрозд помотал башкой и, вместо того, чтобы со стоном осесть на пол, вдруг мощно выбросил вперед свой здоровенный кулачище, целя мне в висок. Ну! Молодец – воин. Резко присев и дав возможность просвистеть дроздовскому кулаку над моим левым ухом, я вмял ему в грудную клетку свой локоток, чувствуя, как с хрустом ломаются ребра, и по инерции рубанул ребром ладони по селезенке.
Удивленно ойкнув, Петька сложился пополам и рухнул на пол, выплюнув на ковер солидный сгусток крови.
Дроздовские подручные – быстры соколы – уже успели сориентироваться и, проявив единодушие, хором бросились в атаку: один даже штаны натянуть не успел, только поддернул их слегка, чтобы не падали.
Тому, что успел позабавиться с хозяйкой, не повезло: я еще не вышел из состояния боевого транса и страшным ударом кулака напрочь вынес ему челюсть – попал бы в лоб, убил бы на фуй! А незастегнутый, получив болезненный, но не опасный удар стопой в солнечное сплетение и напоследок звонкую плюху раскрытой ладонью по роже, согнулся в три погибели и грохнулся на задницу.
Постояв секунд десять в дверях гостиной, я бросил дрожавшему от страха нотариусу: «Уберите здесь», – и вышел вон."
"Я видел как-то в кино, как герой – крутой мужик, – расправившись с хулиганами в баре, небрежно этак бросает бармену: дескать, убери здесь, парниша! И гордо уходит, как человек, хорошо сделавший свою работу.
Я не герой, но, полагаю, тоже неплохо поработал – наказал негодяев. Разве нет? Все так, все правильно… Правда, помнится, этот герой на прощание еще дополнительно заявил, обведя пальцем вокруг: «Запиши на мой счет», – это он имел в виду разбитый интерьер. Хм! Ну, это его личное, геройское дело. Мне-то платить не придется – это точно. В таких случаях я никогда не плачу – не мой стиль…
ГЛАВА 7
…В первые месяцы войны – мы тогда по воле случая некоторое время бездельничали в Чошни-Ру – я был свидетелем обыденной с точки зрения местных жителей истории.
В село из Хунтермеса приехал молодой инженер в командировку и некоторое время жил у знакомых своего отца, одиноких стариков.
