– У меня речь о случайности не идет. Увы…
Ирина обратилась в слух.
Светлана Сигизмундовна, как легко догадаться, была наполовину полькой, католичкой…
Возраст, пенсия копеечная, родных-близких нет. Что было?
Одна вещь, которую она не продала ни в каких бурях и передрягах. Старинное серебряное распятие, уже почерневшее от времени и нелегких условий эксплуатации.
Висело оно на стене в комнате.
А потом висеть перестало.
Светлана Сигизмундовна ходила в поликлинику, вернулась домой, а распятия в комнате и не было. Куда бежать? Кого обвинять?
Первым делом она позвонила… Нет, не в полицию, а старой подруге, за сочувствием. И Риточка рассказала Светочке о милой девочке Ирочке. Пообещала навести справки… Оказалось, что Ирина работает участковым. Да еще и на ее участке.
Как тут не позвонить? Не попросить помощи?
У Ирины отказать язык не повернулся.
– Давайте для начала я побеседую с вашими соседями?
– Это очень своеобразные люди, Ирочка…
Ирина пожала плечами.
Действительность превзошла все ожидания.
Не успела Ирина коснуться такой же обшарпанной двери, как из нее выскочила тетка лет шестидесяти, толстая, в фиолетовой майке, порванной под мышкой, и какой-то замызганной юбке (полы ей, что ли, мыли?), и заверещала.
– Врет Светка все! Вы ей не верьте!!
– О чем она врет? – поинтересовалась Ирина.
– Никого моя Милочка не водит! И не водила никогда…
Из-за спины тетки высунулась вторая, помоложе. Худая, крашеная, но при этом – копия своей матери. Вот как у нее так получилось?
– Не вожу! Я личную жизнь устраиваю…
– А это что у нас за явление такое?!
Первой мыслью Ирины было – кто бизона кастрирует? Судя по реву, над несчастным животным издевались без наркоза.
Ирина обернулась и увидела здоровущего мужика, который надвигался на нее всей тушей.
И вовсе Ирина была не виновата. Так само получилось.
– Приятно познакомиться, – протянула руку она.
Мужик протянул свою лапищу, чтобы сграбастать ее, задел веревку с бельем, отмахнулся, получил по макушке тазом, висящим на стене, выругался, повернулся, споткнулся о калоши и рухнул с высоты своего роста. Сверху загремел второй таз.
– Наверное, надо вызвать «скорую помощь», – задумалась Ирина.
– Да проспится Витька, как новый будет, – отмахнулась девица. – Сейчас Катька придет, затащит свое сокровище домой…
– А дети у него есть?
Оно и к лучшему. Обезьян в джунглях и так хватает.
– Тогда побеседуем с вами. Итак, участковый уполномоченный, лейтенант Алексеева. Где будем беседовать, здесь – или на кухне?
– На кухне, – выбрала мама. И потопала по коридору, мимо поверженного колосса, пригласив Ирину следовать за собой.
Засранная кухня. Загаженная плита. Пол, к которому ботинки прилипают.