Ирина попадает на стажировку в полицейский участок, где сталкивается со сверхъестественными сущностями. Она вынуждена осваивать мир оборотней, вампиров и колдунов, пытаясь разобраться в происходящем. Перед ней встают вопросы о законности и личной жизни в этом необычном мире.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Участковый: От стажера до ведьмы. От кодексов до ритуалов. От пистолета до кольца»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Ирина попадает на стажировку в полицейский участок, где сталкивается со сверхъестественными сущностями. Она вынуждена осваивать мир оборотней, вампиров и колдунов, пытаясь разобраться в происходящем. Перед ней встают вопросы о законности и личной жизни в этом необычном мире.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Ирина попадает на стажировку в полицейский участок, где сталкивается со сверхъестественными сущностями. Она вынуждена осваивать мир оборотней, вампиров и колдунов, пытаясь разобраться в происходящем. Перед ней встают вопросы о законности и личной жизни в этом необычном мире.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– То есть его проклинали, что-то он наворотил?
– Да, примерно так. А проклятия – вещь стойкая, быстро не рассеиваются. Может, еще и на детей-внуков что-то перейдет…
Ирина решила, что обязательно с ним побеседует на эту тему. Все же опыт ничем не заменишь. У нее опыта меньше, у Петра больше, лишь бы все срослось и обошлось. И было бы у них это время для беседы.
Миска с водой заняла свое место на столе.
Ирина принялась чертить мелом круг, потом вписала в него нужные руны – ос, рад, кен, сигел, тир, добавила в воду мелко порезанные листья папоротника. Пока нашла – половину цветочных магазинов обежала. Везде какая-то декоративная бяка, а ей нужен был именно этот сорт, самый простой, лесной папоротник.
Это не цветок папоротника, но – поможет. Не просто так про цветы рассказывают, хоть и не цветет он никогда. Но искать – помогает.
Вот она и будет искать.
А круг и все остальное, чтобы их с Петром раньше времени никто не зацепил.
Ирина погрузила платок в миску с водой. Потом погрузила туда же кончики пальцев.
Тут поиск идет на чистой силе.
Ирина выпускала из-под контроля силу и словно бы постепенно погружалась в черную воду. Шаг за шагом.
Кровь к крови, вода к воде…
Дорога нащупывалась с трудом. Если бы не кровь, и вовсе не прошла бы никуда. Но кровь – это сила. Кровь – это дорога, это указание…
Медленно, очень медленно, словно продираясь через нефть, Ирина нащупывала дорогу.
Эта женщина достаточно далеко отсюда. Не в городе, не за городом… деревня? Село? Пригород?
На север… дальше, еще дальше…
Ирина чувствовала направление. И понимала, что не просто так ей плохо и тяжко. Кто-то был рядом с супругой Петра, кто-то отводил ей глаза, путал дорогу, ставил защиту… может, оно все уже и раньше стояло. Может быть и так.
А сейчас Ирина полезла, и оно оживилось.
Словно большая змея из мрака приподняла голову, оглядываясь по сторонам, зашевелилась, разыскивая, в кого вонзить призрачные зубы…
Только вот последствия у такого укуса будут вовсе не призрачные. Вполне материальные… помрешь – и все тут. А не помрешь, так помучаешься.
Но Ирина сейчас была в защищенном круге.
Сразу ее не найдут, а пока зацепят…
Сквозь темноту, сквозь вязкую черную жидкость Ирина почувствовала чье-то присутствие. И поняла глубинным, нутряным чутьем – Петр.
Кириллу никогда не нравилась ворожба. Особенно рядом с ним. Но…
Вот сейчас его и не было, как ни крути, а другим способом найти Тамару, супругу Петра, найти возможно, кого-то еще, кого держат вместе с ней, и вообще, размотать этот клубок, не представлялось возможным. Так что Ирина ворожила, Петр помогал, а Кирилл и Роман недружелюбно смотрели друг на друга.
Им друг без друга сейчас не обойтись, так что перетерпят. Роман хотел вернуть мать, Кирилл – ему плевать было на возвращение похищенных.
