Не думаю, что вы захотите втягивать в это свою общину… своих подчиненных – как правильно?
– Мой ковен, – магистр тряхнул головой и успокоился. – Ирина Петровна, хотите воды? Сок, чай, кофе?
– Без добавок? – уточнила Ирина.
Мужчина выглядел оскорбленным.
– Почему же? Говорят, сыворотка правды придает замечательный привкус любому напитку? – съехидничала Ирина. – Так что воды, пожалуйста.
Магистр прошел к бару и достал пару бутылок. Одну из них он поставил на стол перед Ириной.
Ледяная стеклянная бутылочка с минеральной водой выглядела очень соблазнительно.
– Вода не наговоренная?
Магистр ловко вскрыл бутылочку, плеснул воды в стакан и залпом выпил.
Ирина тоже налила себе минералки и сделала глоток.
Магистр плеснул себе в тот же бокал чего-то белесого из другой бутыли, выпил залпом и повторил процедуру.
– Вам спиртное не предлагаю.
– Согласна, не стоит. Так что вы мне можете рассказать про Михайлова?
– Что про него можно рассказать? Обычный парень, неглупый, честолюбивый, в меру инициативный.
– Видимо, не в меру, – решилась Ирина. – Вы не в курсе, что он стоял за похищениями людей?
Бутылка была отставлена в сторону. И глаза у магистра стали похожими на осколки зеркала Снежной королевы. Вопьется такой в сердце – и уже не откачают. Так и останется навеки ледяная статуя, стоять на память друзьям и врагам.
И так это слово было произнесено…
Раздельно, четко, почти по буквам.
Ирина прислушалась к своему чутью, и оно властно шепнуло – да. Не врет. Совсем не врет. И не знал, и не ведал, и не думал… так что же?
Как известно, один в поле не воин. Чтобы сломать веник – его сначала разделяют на хворостины, вот и Ирина отчетливо понимала – одна много не навоюет. С кем-то объединяться надо.
Она думала над этим вопросом. Но душа не лежала.
Это как с политикой. Понятно, что не все политики за свой карман работают, кто-то и за страну душой болеет, иначе давно бы вместо России была какая-нибудь республика, прости господи, Московия или еще что похлеще, остатки бы на клочья растащили. Но глядя на гнусную телесвору, об этом не думаешь. Только противно как-то. То ли они сами идиоты, то ли всех остальных дураками считают, что такая ахинея с экранов льется? Ей-ей, хоть бы Геббельса вспомнили! Ведь не дурак был, хоть и нацист.
Понятное дело, есть там и умные люди, и добрые, и подвижники. Но когда поглядишь на тех, кто выполняет представительские функции – и плакать хочется! От обиды.