Ученица. Предать, чтобы обрести себя — читать онлайн бесплатно полностью

Но только не за ту, что отец хранил в гостиной под конституцией в рамке.

Я не могла передать словами, что чувствовала, когда слышала это слово. Шон хотел унизить меня, вернуть в прошлое, к моему прежнему представлению о себе. Но это слово не возвращало меня в прошлое – наоборот. Каждый раз, когда он говорил: «Эй, Ниггер, подними балку!» или «Подай мне уровень, Ниггер!», я возвращалась в университетскую аудиторию, где передо мной разворачивалась человеческая история, и я искала свое место в ней. Истории Эммета Тилла, Розы Паркс и Мартина Лютера Кинга всплывали в моей памяти каждый раз, когда Шон кричал: «Ниггер, переходи на следующий ряд!» Видела их лица на каждой балке, которую тем летом варил Шон. К концу лета я наконец поняла то, что должна была понять сразу же: человек может организовать великий марш за равенство, человек, лишенный свободы, должен за нее бороться.

Я не думала, что брат лишает меня свободы. Нет, никогда так не думала. Тем не менее что-то во мне сдвинулось. Я вступила на путь осознания, поняла нечто глубинное в брате, отце, себе самой. Наконец увидела, что сделала с нами традиция, дарованная другими, традиция, сути которой мы либо сознательно, либо случайно не понимали. Я начала сознавать, что мы отдали свои голоса идеологии, единственная цель которой – обезличивать и калечить других. Придерживаться такой идеологии было проще, потому что сохранение власти всегда кажется путем вперед."

"Я не могла этого высказать, обливаясь потом возле нашего погрузчика. У меня не было слов, которые есть сейчас. Но я поняла одно: тысячу раз меня называли ниггером, и я смеялась; теперь же я не могла смеяться. Не изменилось ни само слово, ни то, как произносил его Шон. Изменился мой ум. Для моих ушей это больше не было шуткой. Я слышала сигнал, зов времени и отвечала на него с твердой убежденностью: никогда больше не стану я рядовым солдатом в конфликте, которого не понимаю.

21. Шлемник

Отец заплатил мне за день до возвращения в колледж. Дать мне обещанное он не смог, но денег хватило, чтобы оплатить половину обучения. Последний день в Айдахо я провела с Чарльзом. Это было воскресенье, но в церковь я не пошла. У меня два дня болели уши, и ночью тупая, ноющая боль стала резкой и режущей. Поднялась температура. Мне было тяжело находиться на свету. И тут позвонил Чарльз. Не хочу ли я приехать к нему? Сказала, что плохо вижу и не могу вести машину. Он заехал за мной через пятнадцать минут.

Я завязала уши и скорчилась на пассажирском сиденье, а потом сняла куртку и накинула на голову, чтобы свет не слепил глаза. Чарльз спросил, какие лекарства я принимаю.

– Лобелию, – ответила я. – И шлемник.

– Похоже, они тебе не помогают.

– Помогут. Через несколько дней.

Чарльз удивленно поднял брови, но ничего не сказал.