В Ученице, мир переплетается с прошлым, где все кажется неумолимо далеким и запутанным. В каждой странице вы найдете реальные истории о сильных женщинах - от первой леди до таинственной жизни женщин-президентов Америки. Осознание приходит позже, когда каждая героиня делится своими тонкими и непростыми чувствами, ставящими во главу угла процесс и цель образования как единое целое....
А вот я стала другой. Я больше не была гостем. Я была студенткой университета. На двери было написано мое имя. По всем документам я была частью этого мира.
На первую лекцию я пришла в темной одежде, надеясь, что не буду выделяться. Но даже тогда я не думала, что буду походить на других студентов. Я и говорила не так, как они, и не только потому, что они были британцами. В их речи были плавные модуляции, больше напоминавшие пение, чем разговор. Все они казались мне очень изысканными и образованными людьми. Я же невнятно бормотала, а когда нервничала, начинала говорить очень быстро.
Я села за большой квадратный стол и прислушалась. Двое студентов рядом со мной обсуждали тему лекции: две концепции свободы Исайи Берлина. Тот, что был ближе ко мне, сказал, что изучал Берлина в Оксфорде. Другой ответил, что уже слышал точку зрения лектора на Берлина, когда только начинал учиться в Кембридже. Я же об Исайе Берлине никогда не слышала.
Профессор начал лекцию. Он говорил спокойно, но довольно быстро, словно полагая, что мы уже должны быть знакомы с материалом.
– Каковы же две концепции Исайи Берлина? – спросил профессор.
Почти все подняли руки. Лектор вызвал студента, который учился в Оксфорде.
– Негативная свобода – это свобода от внешних препятствий или ограничений. В этом смысле индивид свободен, если не имеет физических препятствий к свершению действий.
В тот момент я вспомнила о Ричарде, который всегда мог в точности повторить практически все, что прочел или услышал.
– Очень хорошо, – кивнул лектор. – А вторая?
– Позитивная свобода, – сказал второй студент, – то есть свобода от внутренних ограничений.
Я записала это определение, но не поняла его.
Кембридж был точно таким же, каким я его запомнила: старинным и прекрасным. А вот я стала другой. Я больше не была гостем. Я была студенткой университета."
"Лектор постарался прояснить. Он сказал, что позитивная свобода – это самообладание, умение владеть собой.
Я понятия не имела, что такое «самопринуждение». Осмотревшись вокруг, поняла, что всем это слово знакомо. Я была одной из немногих, кто делал записи. Мне хотелось попросить объяснений, но что-то меня сдержало.
