И еще я хочу послушать о том, что вы видели и делали в своих странствиях, со всеми подробностями и деталями. И сразу, пока не забыл: Луиза, вечером загляни ко мне, я посмотрю твою рану. У меня нет таких познаний в целительстве и искусстве сохранения красоты, как у моих старинных приятельниц Виталии и Эвангелин, но кое-что я еще помню.
— Непременно, мастер, — кивнула де ла Мале. — Если честно, я очень надеялась от вас что-то подобное услышать.
— И правильно делала, — выпустил облако дыма Ворон. — Хотя я и отсюда вижу, что зажило все неплохо, тут моя помощь и не нужна. А вот уменьшить шрам, сделать его менее заметным — попробуем. Глаз, я так понимаю, спасти не удалось?
— Нет, — ответил за замешкавшуюся Луизу Карл. — Сабельный удар, он сразу вытек.
Луиза дернулась. Как бы хорошо она ни держалась, воспоминания о той жуткой ночи около Гробниц были еще слишком свежи.
Рассказ мы начали не сразу, сначала пришлось сходить на кухню за хлебом, жарким и вином, что, впрочем, не сильно нас затруднило. Историю нашего путешествия Ворон слушал крайне внимательно, время от времени уточняя разные мелочи, которые мы за незначительностью опускали. Точнее, опускал Гарольд, который и был главным рассказчиком, а мы его дополняли.
Особенно он заинтересовался событиями той ночи, что мы провели в Лиройских пустошах, в развалинах старого замка.
— Стало быть, звали этих призраков Марк и Леон, — загнул два пальца Ворон. — Надо полагать, это были Леон Счастливчик и Марк Пузырь. А девушку как звали?
Мы переглянулись. Как-то вылетело ее имя из головы, вот напрочь.
— Не Гертруда? — без малейшего намека на улыбку поинтересовался мастер. — По всему выходит, что это она была. Белинда и Розалинда никогда не разлучались, Мелли Си погибла в последней битве, это было зафиксировано в рукописях, равно как и смерть Сюзанны Клети, ее сожгли при огромном стечении людей. Значит, это была Гертруда Раваль, также известная как Гертруда Отравительница.
Я потряс головой. Наш наставник, что, застал их всех при жизни?
— Точно, Гертруда! — хлопнула в ладоши Аманда. — Так и есть! Мастер, вы что, их знали?
— Грейси, ты меня иногда изумляешь до невозможности, — вздохнула Фриша. — Просто наш наставник хорошо изучил древние легенды. Этим призракам лет сколько, сама посуди?
— История Виталия и его двенадцати учеников относится к разделу особо запретных знаний, — пояснил Ворон.
