Автор
В громких криках зрителей на арене светится азарт бокса. Наташа смотрит в стойку своего любимого спортсмена - до-ро-фе-яна, готовясь к решающему раунду. Здесь же училка наблюдат за её учащимся, погружаясь в волнующую атмосферу борьбы.
Шампунь, духи или она сама так пахнет — неважно. Важно, что я кайфую.
Поднимаюсь с кровати, качаясь, будто пьяный матрос, и тащусь в ванную, чтобы хоть немного прийти в себя. Вода холодная, пробирает до костей, но помогает сбросить остатки тумана в голове. Проводя мокрой ладонью по лицу, ловлю себя на мысли, что впервые за много лет, несмотря на дикое похмелье, просыпаюсь с таким чувством спокойствия. Вот бы так всегда.
Саму Любу нигде не обнаруживаю.
Чёрт, оно-то и времени — начало десятого. Кошка давно на работу упорхнула.
На кухне, к моему удивлению, меня ждет завтрак. Омлет и тосты, аккуратно накрытые крышкой, а рядом стоит термокружка с кофе.
Улыбаюсь, не веря, что кто-то специально для меня оставил всё это. И рядом лежит записка: «Позавтракай и приходи в себя. Увидимся позже». Всё просто, но чёрт возьми… у меня в груди становится так тепло, что хочется сжимать эту записку в руке и оставить её себе как талисман.
Сажусь за стол и начинаю завтракать. В её квартире просто, но как-то уютно, ощущение такое, что можно просто расслабиться и кайфовать.
Пью кофе, и, пока тепло расползается по телу, всё больше накатывает мысль, что я бы хотел остаться здесь надолго. Постоянно видеть Любу, знать, что она рядом — и не только в моей голове. Я бы хотел, чтобы она каждое утро была здесь, рядом, с её чашкой чая и этой привычной серьёзностью.
Как-то тихо осознаю, что влюбился в неё, по-настоящему.
А лучше забрать ее к себе. И кошку эту её зловредную, которая меня почему-то признала, хотя, если судить по её вечно недовольной усатой морде — одолжение невиданное сделала.
— Забрать вас можно? — подмигиваю Касе, которая сидит на холодильнике и смотрит на меня, не мигая, с какой-то особой царской величественностью. — Подружишься с Линдой, не ссы, усатая.
Её кошачьему величеству, кажется, столь невысокие речи совсем не к душе, поэтому она поворачивается ко мне задом и демонстративно садится носом к стене.
— Ой, да ладно. Смотри, какие мы гордые.
Вот бля буду, она мне фыркнула в ответ.
Не спеша доедаю завтрак, убираю за собой и замечаю, что кран на кухне немного подтекает. Как истинный мужчина, считаю, что должен это поправить. Можно, конечно, позвонить сантехникам, но должен же я впечатлить свою женщину, ну?
Лезу под раковину и через несколько минут кран работает как новенький.
Собираюсь и еду домой, но ощущение тепла и покоя где-то за грудиной не отпускают.
Кажется, у нас с ней может получиться общее будущее.
