Что это он взял за моду расхаживать в таком виде по квартире?! Наши старушки вряд ли готовы к подобному, они потому и гандбол не смотрели по телеку, чтобы потом не мучиться гипертонией.
— Нормальная, — буркнула и вновь уставилась на дно чашки с чаем.
— Что-то произошло? Тебя кто-то обидел в универе? Снова эти упыри, я разберусь?
Заманчивое предложение, конечно, но впутывать Макса очень не хотелось. Андрей и так при каждом случае глумился, что мой якобы «парень» работает в клубе со всеми вытекающими, а если сосед решит постоять за мою честь, то это грозило перерасти в перманентный конфликт. Да и привлекать лишнее внимание к себе не желала. Я и в универе не появлялась уже несколько дней, и честно не знала, когда вообще туда пойду.
Деду нагло врала, что приболела, а методистке сказала, что дома прорвало трубу.
— Нет, никто меня не обижал, — соврала в который раз, — не беспокойся. А чего ты, кстати, такой довольный? — взглянула на него с подозрением.
Улыбка Макса освещала нашу небольшую кухоньку с потрепанными обоями в мелких разводах, и я лишний раз подметила, что этот парень в подобную обстановку вообще не вписывается. Слишком он был ярким и заметным для старенького интерьера, где все дышало на ладан.
Штукатурка едва не сыпалась на голову, а если подпрыгнуть, то существовала вероятность, что провалиться можно на этаж ниже.
— С работой поперло последнее время. Заработок вырос.
— Рада за тебя, — кивнула я, по-настоящему испытав прилив положительных эмоций. — Такими темпами ты можешь съехать отсюда.
— Зачем? — изогнул он бровь, будто бы я ляпнула глупость несусветную.
— Ну-у-у, — протянула задумчиво, решаясь, озвучить ему свои ощущения или тактично промолчать, — коммуналка не самое крутое место для жизни.
— Возможно, зато соседи классные, — выдал Макс и, насвистывая, поплелся к холодильнику.
Я пожала плечами, предпочтя сосредоточиться на мыслях, которые набатом стучали в висках. Необходимо было что-то делать, как минимум — взять себя в руки и продолжить учебу. Расстраиваться из-за какого хама? Ну уже нет!
Жизнь не заканчивалась и мне думать требовалось о себе и своем будущем.
Решительно устроилась за столом в комнате, принявшись восполнять пробелы за последние дни.
А утром бодрым шагом направилась в универ, где шум напоминал больше жужжание пчел в улье. Студенты толпились в коридоре, изучая новое расписание, из буфета приятно тянулся аромат свежей выпечки, щекочущий ноздри, и настроение мое, кажется, росло в геометрической прогрессии.
