Если просто написать знакомым, что я вновь маг, сюда примчится десяток проверяющих-изучающих, и это будет не бронзовый уровень, как у мерзавца из ковена.
Вот теперь всплакнуть захотелось мне. До затрудненного дыхания и пощипывания в носу.
Я ведь не сделала ничего особенно выдающегося. Ну, досталась такая магия, так это не моя заслуга. А Байдан решился ради меня пожертвовать своим душевным спокойствием. Я еще не забыла, как трудно он привыкал к появлению новых людей — добрейших Нитты и Варнаи. Дня три тихарился, старался по стеночке передвигаться. И теперь он хочет шагнуть в реку, кишащую аллигаторами, просто чтобы не привлечь внимания к странной иномирянке с нелепой магией. Немедленно захотелось все ему рассказать. Просто из глубочайшего уважения и признательности. Вот прямо сейчас.
Наверно, Байдан что-то увидел во мне, потому что спешно заговорил, даже руки перед собой выставил, упреждая мой порыв.
— Нет-нет, Нина! Не нужно ничего рассказывать! Не сейчас! — и, на мгновение стал прежним испуганным кухарем, — Не поймите неправильно, но нужно учитывать, что за двадцать семь лет моего отсутствия в Академии по-прежнему развивали магию. Кто знает, какими методами меня станут проверять. А вдруг не совсем этичными? Я и так беспокоюсь, что придется назвать имя уважаемого Гунара. Будет лучше, если я ничего не буду знать о ваших возможностях, Нина.
Да нет у меня никаких возможностей, одни синенькие средства. Но, раз попросили помолчать — помолчу. А за дядю тревожно, это да.
— За меня беспокоится не стоит, Байдан. Я, на минуточку, личный королевский целитель. Если Академия и рискнет задать вопросы, то настаивать на ответе не посмеет. В любом случае получит вежливый отказ. Смог и смог. Разовый успех, бывает. А как смог — это моя профессиональная тайна. Я Академии ничего не должен.
Подоплека дядиной воинственности понятна. Мало ли выгоревших магов вдохновятся удачей магистра Врема?! Мало ли слабосилков захочет увеличить свой резерв без труда?! Среди них же и обеспеченные есть, например, тот же Бови. Золотая жила, похлеще пластической хирургии на земле. Даже если баснословные деньги драть, все равно найдутся желающие. Эх, жаль моя животворящая синенькая не хочет в неживом накопителе храниться — я бы очень скоро на отдельный домик средств заработала. Дядя бы лечил и мою силу без меня пользовал. Эх, мечты…
Бедный наш магистр. Ну как? Как он в эту чертову Академию поедет, если ему уже сейчас не по себе от внимания, а нас только трое и мы свои?
Разговор иссяк.