— Меня знают члены «большой семерки»!
— Допускаю, но я не член «большой семерки» и ничем помочь не могу.
— Я сделаю заявление о ваших методах работы в России!
— Возможно, если я тебя отпущу, — спокойно заметил Глеб. — Но я этого делать не собираюсь. К сожалению, мы не можем найти общего языка.
Тучков принес шприц, Цыганов — жгут, встали в ожидании, с бесстрастными лицами. Кастрат вжался в стену, завертел головой.
— Садисты! Не посмеете!.. Какая дикость!
— Не дергайся, — Головеров взял у Князя шприц. — К вечеру попросишь сам, но тогда не получишь.
Мужики схватили его за руки, вжали в стену. Цыганов перетянул руку жгутом, заломил ее и подставил под укол. Пот у Кастрата напоминал запах негра — терпко-мускусный, непривычный, отвратительный. Глеб нащупал вену, всадил иглу — Кастрат завизжал, мелко затрясся.
— Не надо! Уберите шприц!! — закричал по-русски. — Буду отвечать!..
— Что он говорит? — по-английски спросил Глеб Тучкова.
— Говорит, отвечать будет, просит убрать шприц.
— Ес! Ес! — опомнился Кастрат. — Уберите!
— С кем ты связан в Европе? — не вынимая иглы, спросил Головеров. — Для кого этот товар?
— Это не в Европу! В Россию!
— В Россию? Кому в Россию? В Государственную Думу?
— Нет!.. Я продаю оптом, господину Зарецкому!
— Кто он? Род занятий?
— Шоу-бизнес, ночные клубы, казино… Уберите иглу!
— С кем вели переговоры в гостинице? Кто эти люди? Откуда?
— Они не имеют отношения к наркотикам…
— Отвечай! — Глеб пошевелил шприцем.
— Не знаю откуда, — Кастрат поднял умоляющий взгляд. — Я всего лишь посредник, мне не сказали…
— Имена, фамилии?
— Знаю одного, только одного! Абдель Кендир, из Ирана. Других только по именам. Хафес, Омар, Мусет, Салавди…
— Чем они занимаются?
— Торговля нефтью.
— И международным терроризмом? Кастрат затряс головой:
— Не могу утверждать! Не знаю! Я посредник, свел людей, имеющих взаимный интерес…
— А интерес — террор?
— Меня это не касается. Я занимаюсь бизнесом!
— И законотворчеством в парламенте?! — Глеб выдернул шприц, выпустил струйку наркотика в лицо Кастрата, подождал, пока тот утрется. — Сейчас повторишь все, что говорил, перед видеокамерой. И задержишь вылет своего самолета!
— Надолго? Мне сегодня до десяти часов нужно вылететь…
— Вылетишь, когда я из тебя вытрясу все дерьмо! — крикнул ему Головеров. — Иначе ты будешь этот героин жрать ложкой!
И стремительно вышел из комнаты, оставив там Тучкова и Цыганова. Спустился на первый этаж, к туалету, и чуть не столкнулся с бабушкой-хранительницей. Та отпрянула в сторону, прикрыла ладошкой открытый от страха и изумления рот.