— Так точно, товарищ… — татарин запнулся. Почти все они служили в Советской Армии, привычки которой были неистребимы ни учебными диверсионными центрами, ни жизнью в других странах. Они носили русскую форму, присягали Отечеству и теперь, будучи врагами, все равно как бы оставались своими. Гражданская война всегда была насыщена подобными иллюзиями, сбивающими с толку человеческие чувства и отношения.
— Придется тебя наказать, брат, — Грязев ударил ножом, зажатым в левой руке. — Ты уж прости…
Уложив часового под деревом, он приблизился к винокурне и встал у черного окошка. Он опасался, что сдетонирует пластиковая взрывчатка, лежащая в винной бочке у входа, и потому, разбив стекло, не швырнул снаряд, а опустил его сразу же у стены. Прыгнул в сторону и, падая на землю, услышал мощный тупой взрыв. Толстые стены из дикого камня выдержали, но крутая крыша подпрыгнула, разломилась и рухнула вниз.
Грязев полежал, пока не закончился треск дерева оседающей кровли, затем медленно встал и с автоматом наизготовку заглянул в проем вылетевших вместе с косяками дверей. Было ощущение, что винокурня оказалось пустой, без единой живой души, и зря бросал гранаты. Сверху упала черепица — и больше ни звука. Посветил фонарем и тут же выключил его, сел на порог. Сквозняк из винокурни потянул запахи сгоревшей взрывчатки, пыли и крови — все запахи войны…
Он не выдержал, ушел под дерево и, примостившись на выпирающем из земли корневище, сел писать записку. Бумаги не было, пришлось использовать бланк таможенной декларации. Ввязавшись в эту войну, сейчас он острее всех политиков ощущал ее зловещую для России суть. Югославию уже практически раскололи, раздробили народ по религиозному признаку и натравили друг на друга. Здесь отрабатывались теории и методики расчленения государства, здесь был полигон, где испытывалась новая военная машина с религиозным двигателем, на которой потом улыбчивые бойцы войск блока НАТО въедут в Россию. Чувства верующих мусульман использовались вместо тарана, за зеленым знаменем отчетливо маячил звездно-полосатый флаг. Древние цивилизации, составляющие основу Мира, тысячелетние культуры, управляющие развитием всего человечества, оказывались беззащитными против подросткового снобизма и жестокости самого молодого государства — химеры, раковой опухоли, незримо проникающей в живую ткань разумного Запада и мудрого, созерцательного Востока.
Все мировые войны начинались отсюда, с Балкан. Кто утвердился здесь и овладел этой землей, тот как бы получал право на владение всем миром, поскольку это и была Земля Обетованная, так и не найденная Моисеем.
На древнем языке южных славян «Балканы» звучало как «Сияющая власть».