Дед Мазай встретил приглашение от незнакомого клуба с иронией, но неожиданная встреча в январе заставила его задуматься о серьезности этих людей. Встреча с "Молнии" стала первым шагом к тому, что превратит жизнь Мазая и многих других в непредсказуемое путешествие через мир подлинного заговора....
Привыкшему работать с материалом более серьезным и тонким, чем просто ограбление дач, генералу Дрыгину хотелось думать, что в дачных поселках озорничают и шалят ватаги подростков, и этот самообман ему был сейчас по душе, как всякому старику, впадающему в детство, по душе сладкое воспоминание отрочества, когда можно шалить по чужим садам и огородам."
"Эта зимняя спячка у деда Мазая продолжалась до конца апреля, до того дня, когда он собрался поехать в Дубки. Накануне он подготовил машину, которую держал на платной стоянке неподалеку от дома, сам закупил продукты, собрал кое-какие инструменты и был уже готов встряхнуться в новой дачной жизни, да наутро обнаружил, что оба задних колеса спущены.
И лишь в последний момент, когда пожимал руку владельца стоянки, заметил, что все это снимается на видеопленку из-за приспущенного стекла хозяйского автомобиля. В тот же миг, будто очнувшись, он разглядел, кому пожимал руку: человек явно кавказской национальности, хотя прекрасно говорит по-русски. Эдакий истинный горный орел, если закроет рот… Но отчего-то не увидел сразу! Бдительность потерял или глаз уже «замылился», поскольку привык видеть этих орлов на каждом шагу.
А снимали не для рекламы и не для собственного удовольствия! Операция была заранее спланирована, просчитана, выверена по психологической реакции «объекта», то есть его, генерала Дрыгина. Считая с января, а может, и раньше, кто-то вел пристальное наблюдение, изучение личности, и если не совсем профессионально, то только из-за ограниченных технических возможностей и условий.
