В Горчакове непривычная тишина окутывает строительную площадку. Сигаретные дымки и молчащие механизмы создают необъяснимую атмосферу тревоги. Когда комиссия прибывает, кажется, что время застыло, и в эти минуты решается судьба строительства.
– А куда вы собирались бежать в тот день, когда я вас задержал?
– Если бы я знал…
Глава 9
– Мы на проходной уже, Лев Иванович, – послышался в трубке возбужденный голос Бойцова.
– Ну хорошо, – ответил Гуров. – А то я уж думал, что вы там в аварию попали. Больше часа вас нет.
Ольга Ивановна Костикова оказалась крепкой деловитой женщиной, с пышной грудью и узкой талией. Костюм с нашивками охранного агентства сидел на ней как влитой, подчеркивая все прелести фигуры этой пятидесятилетней женщины. Крашеные волосы забраны в хвостик на затылке, ногти коротко, но аккуратно подстрижены.
– Здравствуйте, – четко поздоровалась Костикова, осматриваясь по сторонам и машинально поправляя завернутые почти до локтя рукава форменной куртки.
– Здравствуйте.
Бойцов отошел к холодильнику в дальнем углу комнаты и принялся звенеть там бутылками. Наверное, искал минеральную воду.
– Ольга Ивановна, Александр, когда вас приглашал ко мне, наверное, немного рассказал о причинах этой встречи?
– Ну, вкратце. Он у вас партизан. Ничего не вытянешь. Говорил только, что дело очень важное, раз им напрямую министерство занимается, а не отдел полиции.
– Да вот про Холина и хотели с вами поговорить. Раз вы так хорошо его знали.
– Да, ну как хорошо… наверное, хорошо, – сказала женщина, и по ее голосу и чуть затуманившимся глазам Гуров сразу все понял. И то, почему эта женщина больше других знала о Холине."
"Бойцов подошел к Костиковой и поставил перед ней невысокий стакан с минеральной водой.
«Иди погуляй, сейчас будет разговор о личном, и женщина будет стесняться тебя. Я позову».
Подозвав Сашку, он сунул ему записку и велел отнести ее в приемную. Бойцов недоуменно посмотрел на шефа, потом глянул в записку и, кивнув, вышел.
