В Горчакове непривычная тишина окутывает строительную площадку. Сигаретные дымки и молчащие механизмы создают необъяснимую атмосферу тревоги. Когда комиссия прибывает, кажется, что время застыло, и в эти минуты решается судьба строительства.
И только закрыв дверь, он продолжил: – Видите ли, у вас там два десятка живых ребят, которые в лучшем случае опоздают на свидание, может, купить молока коту или пообедают на полтора часа позже. А у меня труп. Такого же молодого парня. И что за ним еще, я просто боюсь думать. Вы правы, мы пустяками не занимаемся. Да и не пришел бы к вам с пустяком полковник. Согласны?
Егоров со вздохом прошел к своему столу, уселся боком в кресло, снял трубку внутреннего телефона.
– Галочка, душа моя… давай уж сразу два кофе.
Положив трубку, Егоров вопрошающе посмотрел на гостя.
– Я вынужден обратиться к вам с просьбой, Владимир Сергеевич, – начал Гуров. – Все, о чем мы с вами сейчас будем разговаривать, все, что вы от меня узнаете, до поры до времени должно оставаться тайной. Разглашение ее может иметь самые печальные последствия, вплоть до новых смертей.
– Вы возьмете с меня какую-то подписку? – вскинул брови ученый.
– Я думаю, что в этом нет необходимости, – без улыбки ответил сыщик. – Вы же не мальчик, вы все понимаете, и я думаю, что будет достаточно просто моей просьбы на этот счет.
Егоров молча кивнул. Дверь открылась, и в кабинет с маленьким подносом вошла секретарша. Она поставила его на край стола Егорова, и тот сразу отпустил девушку одним жестом руки.
– Слушаю вас, – пододвигая гостю чашку, сказал он.
– Вы, наверное, помните вот этот старинный шкаф. – Гуров достал из папки фотографии и протянул Егорову.
– А-а, да, – кивнул ученый, рассматривая фотографии. – Я принимал участие в осмотре вместе со специалистами по реставрации. Это действительно было нерационально. А что? С ним связано что-то нехорошее?
– Боюсь вас шокировать, Владимир Сергеевич, но в этом шкафу был обнаружен тайник.
– Ну! Шокировать историка, музейного работника особенностями старинной мебели – это не оригинально.
– О ней знали другие люди. Тайник не был пустым.
– Ого! – в глазах ученого появился нездоровый профессиональный блеск. – Вы это серьезно? Хотя, простите, какие тут могут быть шутки.
