В Горчакове непривычная тишина окутывает строительную площадку. Сигаретные дымки и молчащие механизмы создают необъяснимую атмосферу тревоги. Когда комиссия прибывает, кажется, что время застыло, и в эти минуты решается судьба строительства.
Такое ощущение, что они не знали точно, где тайник.
– А вы уверены, что это тайник? – на всякий случай спросил Гуров.
– Посмотрите сами. – Эксперт пожал плечами и протянул сыщику фонарик.
Гуров присел на корточки. Да, пожалуй, Андрей Иванович был прав. Несущие балки перекрытия были подшиты снизу черновым потолком, на который был насыпан шлак, выполнявший функцию тепло – и звукоизоляции. Сверху шел черновой пол, на который уже клали выравнивающие лаги, дощатый настил и на него уже паркет. Весь этот слоеный пирог был нарушен лишь в одном месте.
– Я так понимаю, что всю эту конструкцию собирали тут в то же время, что и все перекрытие, – сказал Гуров. – Больно уж древесина одинаковая. И вы полагаете, что они вскрывали паркет и простукивали весь пол?
– Полагаю, что так и есть, – согласился эксперт.
– А вы знаете, что еще в одной комнате так же вскрыт почти весь паркет? – вдруг сказал Бойцов, молча топтавшийся все это время за спиной Гурова.
– Да? И что? – Сыщик непонимающе посмотрел на участкового.
– Мы, когда сюда приходили в прошлый раз, проходили почти по всем комнатам. Паркет был вскрыт только во второй от лестницы комнате. В которой и жил тот самый Иван Николаевич Холин. А теперь вот и здесь.
– Ну-ка. – Гуров нахмурился и кивнул на вход.
Бойцов кивнул и с довольным видом выскочил в коридор. Эксперт, молча наблюдавший за полковником и его молодым помощником, спросил наконец:
– У вас есть какая-то информация или соображения на этот счет?
– Пока я не могу вам сказать ничего определенного. – Гуров отрицательно покачал головой, прислушиваясь к быстрым шагам Бойцова.
Наконец участковый появился в дверях. Он посмотрел на эксперта с помощником, потом на Гурова.
– Точно, как я и сказал. Паркет вскрыт в той комнате, где жил Холин, и вот в этой. Кстати, в комнате Холина тоже в двух местах пытались вскрыть перекрытие. А еще со стены сбита штукатурка.
– Какая штукатурка?
– А напротив лестницы. В том месте, где как раз была надпись на стене. Ее сбили, а то бы вы, Лев Иванович, ее увидели сразу.
Выяснилось, что следователь уже допросил сторожа, дежурившего в эту ночь.
