Сама Уитни, которой не было до герцога никакого дела, находила тему чрезвычайно неинтересной и едва сдерживала зевок.
– Устали, малышка? – прошептал ей на ухо Клейтон.
– Очень, – призналась Уитни, и Клейтон, взяв ее под руку, накрыл узенькую ладонь сильными пальцами, словно пытаясь влить в девушку собственные силы. Уитни подумала, что ему не следует называть ее «малышкой» и уж тем более держать за руку так фамильярно, но была слишком благодарна за помощь и поддержку, чтобы придираться к подобным мелочам.
– Я слышала, что его парижская любовница покончила с собой в прошлом месяце, – сообщила Маргарет Мерритон потрясенным слушателям. – Говорят, он бросил ее, и она не вынесла позора. Отменила европейское турне, уединилась в своем доме, никого не принимала…
– И, – ледяным тоном перебила Амелия Юбенк, – сейчас тратит целое состояние, перестраивая загородное поместье, которое только что приобрела. Может, хотите заставить нас поверить, что все это проделывает привидение, вы, безмозглая дурочка?!"
"Побагровев от смущения под разящими нападками леди Юбенк, чей острый язык никогда и никого не щадил, Маргарет, с мольбой глядя на Клейтона, пробормотала:
– Мистер Уэстленд, вы были недавно в Париже и в Лондоне и, конечно, слышали о самоубийстве?
– Нет, – коротко бросил Клейтон, – не слышал.
Однако размышления отца Маргарет внезапно приняли иной оборот.
– Так, значит, Сент-Аллермейн купила загородное поместье и теперь его перестраивает? Вот как? – задумчиво поглаживая бородку, спросил он. И с ехидным смешком понимающе подмигнул джентльменам: – Звучит так, словно Клеймор отправил ее на пенсию да еще прибавил немного за хорошее поведение.
Уитни ощутила, как под ее пальцами мышцы Клейтона напряглись и затвердели. Запрокинув голову, чтобы лучше разглядеть его лицо, она увидела, что Клейтон смотрит на мистера Мерритона и остальных с выражением такой неприкрытой неприязни и холодной скуки, что она едва не отпрянула. Но тут он перевел взгляд на нее и, мгновенно смягчившись, еле заметно улыбнулся.
И тем не менее ему было отнюдь не до смеха. Клейтон злился на своего секретаря за то, что тот не сумел положить конец всем этим слухам и пересудам о его исчезновении! Следовало всего-навсего сочинить, а главное, распространить историю о том, куда хозяину вздумалось отправиться несколько недель назад! Мысленно он уже диктовал резкую записку со строгим выговором бедняге, как вдруг с омерзением увидел, что гости заключают пари на то, кто окажется его следующей любовницей.
– Ставлю пять фунтов на графиню Доротею! – объявил мистер Аштон. – Кто принимает пари?
– Хотя бы я, сэр, – хитро ухмыльнулся мистер Мерритон.