Автор
В холодном июле 1816 года, в глубине английской деревни, леди Энн Джилберт смотрит из окна на неприветливую пейзаж. Ее замужем за молодым графом Уитни, но он отсутствует по службе уже второй месяц. Каждый час казался вечностью, как мучительное ожидание приезда мужа и его неизвестных новостей....
Спаситель, что же теперь делать?!
– Его светлость перебирается в западное крыло, – пояснила Мэри, стараясь говорить спокойно и равнодушно. – Мы перенесем ваши вещи в его спальню, а из вашей комнаты выйдет превосходная детская, когда придет время.
– Вот как, – прошептала Уитни, сознавая, что не сможет жить в этих покоях одна, без Клейтона. – Вы не покажете мне, где его новые комнаты? Мне… нужно кое о чем спросить его светлость… мы собирались поехать…
Мэри подвела хозяйку к высокой двери в западном крыле и тактично оставила одну.
Уитни вошла в комнату. Клейтон был здесь сегодня, был и ушел. Сорочка брошена на стул, перчатки – на постель. Она медленно побрела в гардеробную, провела пальцем по ручкам щеток из черного оникса и усилием воли подавила слезы, угрожающие снова хлынуть из глаз. Открыв гардероб, Уитни долго терзала себя, разглядывая одежду мужа. Какие широкие плечи должны быть у мужчины, который носит эти куртки… Такие широкие плечи… Она всегда любила его плечи. И глаза.
Уитни направилась было к двери, но тут появился Клейтон. Не говоря ни слова, он прошел мимо, шагнул к гардеробной и начал раздеваться. Она последовала за ним и, не сумев скрыть слезы, прошептала:
– Почему ты делаешь это, Клейтон?
Он рывком стащил сорочку, но не спешил ответить.
– Из-за… из-за нашего ребенка? – не отставала Уитни.
– Из-за ребенка, – коротко поправил он, окинув ее презрительным взглядом.
– Ты… ты не любишь детей?
– Детей от другого мужчины! – ледяным тоном выпалил Клейтон и, швырнув сорочку на пол, обернулся и, больно сжав ее локоть, потащил к выходу.
– Но ты же не можешь не хотеть собственных детей, – прерывающимся голосом про бормотала Уитни, не обращая внимания на то, что муж на глазах у проходящего слуги бесцеремонно выталкивает ее в коридор.
– Собственных, – подтвердил Клейтон зловещим тоном. Он навис над женой, положив руку на ручку двери, словно собираясь захлопнуть ее перед носом Уитни.
– Мы поедем сегодня к Уилсонам? Я… я приняла приглашение несколько недель назад.
"– Я уезжаю. А ты можешь делать все, что угодно, черт возьми!
– Но, – умоляюще выдохнула Уитни, – ты едешь к Уилсонам?
Если да, то…
– Нет! – рявкнул Клейтон. – И если я когда-нибудь увижу тебя в этой комнате, даже в этом крыле дома, лично позабочусь о том, чтобы удалить тебя отсюда. Даю слово, Уитни, тебе не понравится способ, каким я это сделаю, – безжалостно-холодно добавил он.
Дверь с грохотом захлопнулась.
