Автор
В холодном июле 1816 года, в глубине английской деревни, леди Энн Джилберт смотрит из окна на неприветливую пейзаж. Ее замужем за молодым графом Уитни, но он отсутствует по службе уже второй месяц. Каждый час казался вечностью, как мучительное ожидание приезда мужа и его неизвестных новостей....
Камень улегся во впадину между грудями и действительно оказался превосходным дополнением к платью.
Взяв племянницу под руку леди Энн повела ее к двери.
– Пойдем, дорогая, настала пора твоего второго официального дебюта.
В этот момент Уитни всем сердцем пожалела, что рядом нет Николя Дю Билля, чтобы помочь ей и на этот раз.
Отец уже нетерпеливо топтался у подножия лестницы, чтобы проводить дочь в бальную залу. При виде Уитни он остановился как вкопанный, и потрясенное восхищение на его лице вернуло Уитни почти совершенно утраченную уверенность.
Под широким арочным входом в залу отец остановился и кивнул музыкантам, и те поспешно опустили инструменты. Уитни ощутила, как взгляды всех присутствующих устремились на нее, услышала, как шум мгновенно утих, а голоса и смех постепенно замерли, и в зале наступила зловещая тишина.
Девушка глубоко, прерывисто вздохнула, устремила рассеянный взгляд поверх голов гостей и позволила отцу отвести ее в центр комнаты.
Настороженная, полная любопытства тишина по-прежнему ничем не нарушалась, и, найди в себе Уитни достаточно мужества, она просто подобрала бы юбки и сбежала.
Гости расступились, пропуская молодого рыжеволосого человека – Питера Редферна, так часто и немилосердно подшучивавшего над Уитни в детстве.
– Боже! – воскликнул он с нескрываемым восхищением. – Это действительно ты, маленькая разбойница? Куда дела свои веснушки?
Уитни, проглотив испуганный смех при столь непочтительном приветствии, вложила, однако, ладонь в протянутую ей руку.
– А куда, – отпарировала она с сияющей улыбкой, – ты подевал свои волосы?
Питер разразился смехом, и все, словно очнувшись, заговорили разом, столпившись вокруг Уитни и спеша поздороваться.
