Блестящий нейрохирург Дмитрий Миллер полностью поглощен работой, не оставляя времени для личной жизни. Когда в его клинике появляется новая операционная, это событие становится поворотной точкой в его судьбе. Встреча с неожиданным человеком заставит профессора пересмотреть свои приоритеты и...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Уютная душа»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Блестящий нейрохирург Дмитрий Миллер полностью поглощен работой, не оставляя времени для личной жизни. Когда в его клинике появляется новая операционная, это событие становится поворотной точкой в его судьбе. Встреча с неожиданным человеком заставит профессора пересмотреть свои приоритеты и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Блестящий нейрохирург Дмитрий Миллер полностью поглощен работой, не оставляя времени для личной жизни. Когда в его клинике появляется новая операционная, это событие становится поворотной точкой в его судьбе. Встреча с неожиданным человеком заставит профессора пересмотреть свои приоритеты и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Обычно наши сестры думают, что я оперирую исключительно ради собственного развлечения и на операции трудятся только они, а я получаю удовольствие.
— Как можно? Идите, Дмитрий Дмитриевич, отдыхайте, — повторила она. — Сейчас девочки вернутся, и мы тут за пять минут справимся.
Что ж, он попрощался и ушел, жалея, что люди, ценящие чужой труд больше, чем свой собственный, встречаются так редко."
"В конце недели у Миллера было много дел в городе, и в пятницу он приехал в клинику только после обеда. Здороваясь с ним и принимая у него плащ и зонтик, молодая гардеробщица вдруг захихикала. Дмитрий Дмитриевич надменно шевельнул бровью, обернулся к зеркалу причесаться, и тут ему стала ясна причина ее веселья.
Его собственный большой фотопортрет, уже несколько лет висевший в холле клиники, был безнадежно испорчен. Неизвестный художник внес коррективы в мужественный облик профессора.
Миллер подошел ближе. Его персону снабдили лихо закрученными кавалерийскими усами, ленинской эспаньолкой, парочкой страшных зубов, торчащих изо рта, искривленного в гнуснейшей ухмылке, а также небольшими рожками. В качестве завершающего штриха пририсовали шкиперскую трубку.
Гардеробщица удостоилась редкого зрелища — она увидела, как надменный профессор смеется, глядя на свой изуродованный портрет.
А ему действительно было весело. Когда администрация вывешивала в холле его физиономию для придания большего престижа их скромному заведению, он яростно сопротивлялся, но в конце концов покорился и позволил использовать себя в рекламных целях. Однако при каждом взгляде на свой портрет в парадном костюме Миллеру казалось, что для полноты картины в холле не хватает еловых веток, черных муаровых лент и гроба с его собственным телом. Теперь это ощущение исчезло.
Подмигнув оторопевшей гардеробщице, профессор причесался несколькими энергичными движениями и отправился в отделение.
Миллера в коллективе уважали, но не любили. Такое сочетание встречается редко, на порядок реже, чем обратное, но с Дмитрием Дмитриевичем дело обстояло именно так. Он был превосходным хирургом, талантливым ученым, честным человеком. Не интриговал, не добивался повышения, и казалось, что роль второго профессора на кафедре нейрохирургии вполне его устраивает. На работе он проводил львиную долю своего времени, никогда не отказывал в помощи коллегам, часто выручал проштрафившихся докторов на ЛКК, но за десять лет работы в клинике ни с кем не подружился.
Эта странность легко объяснялась бы завистью менее успешных коллег, а также исконно русским недоверием к честным людям, если бы не одно обстоятельство — Миллера не любили и женщины, хоть он был молод, очень хорош собой и свободен.
