В тихой деревенской семье родня дочери — единственная неповторимая тетка, всегда радостная и жизнерадостная, даже если из-за ушибленных очков вынуждена остается дома. Но сегодня очередной удар судьбы: разбитое стекло в очках вызывает странный интерес в глазах ее внучки, а тетка решительно готова дать бой недоразумению, оставаясь верной своей упрямой натуры....
Однако больше Надежда ничего не могла придумать. Какой-то противный червячок точил и точил ее изнутри – нужно что-то делать, нужно куда-то пойти.
За сто лет, конечно, много всего произошло, но тот самый дом был на месте, это Юля сказала точно. Уже хорошо.
На улице сегодня было не так жарко, так что Надежда надела светлые брюки и блузку в цветочек. Еще прихватила яркую сумку и накрасила губы бантиком. Получилось не то чтобы легкомысленно, но от такой тети никто не ждет никакого подвоха. Это и хорошо.
Первой, на кого натолкнулась Надежда, выйдя из подъезда, была соседка Антонина Васильевна.
– Утречко доброе, Надя, – сказала она, не оборачиваясь, так что Надежда привычно удивилась – локатор у нее, что ли? Или камера на спине? Или же по шагам она людей узнает?
Как обычно, она ответила на приветствие и попробовала проскользнуть мимо, не вступая в разговоры, и, как обычно, у нее это не получилось. Антонина, не глядя, протянула руку и схватила Надежду за локоть – так кот, вроде бы равнодушно смотрящий в сторону, прижимает лапой бедную полузадушенную мышь.
– Надя, не нравится мне эта серая машина, – проговорила Антонина. – Ох, не нравится! Стоит и стоит вон там с раннего утра, я еще с балкона ее заметила.
– Ну, вчера вам синяя не нравилась, сегодня серая. – Надежда пробовала отмахнуться, но не тут-то было.
– В этом-то все и дело, – серьезно заметила соседка, – вчера синяя так стояла, потом уехала, сегодня серая на том же месте, незнакомая, опять же, а водитель тот же самый!
– Да что вы? – недоверчиво прищурилась Надежда.
– Раз говорю – значит, знаю! – отрубила Антонина Васильевна. – Мне с балкона хорошо видно было, когда он окно открывал, а один раз банку из-под кока-колы ходил выбрасывать вон в урну.
«Точно у Антонины подзорная труба на балконе!» – подумала Надежда.
– И сидит, и сидит, никуда не уходит, – продолжала Антонина сердито, – вот чего ему надо, чего ждет? Ежели нанятый водитель, то уж сколько времени зря простаивает, столько денег лишних! А если бабу какую ждет, то уж давно терпение у мужика лопнуло бы, и газанул бы он из нашего двора куда подальше! Опять же машины разные…
– Ну-у… – протянула Надежда, – возможно самое простое объяснение.
– Угу, и кто к кому ходит? – ехидно спросила Антонина. – У нас только Лилька Маслова из двадцать девятой вольного поведения девушка, так она третьего дня в Турцию улетела.
