В тихой деревенской семье родня дочери — единственная неповторимая тетка, всегда радостная и жизнерадостная, даже если из-за ушибленных очков вынуждена остается дома. Но сегодня очередной удар судьбы: разбитое стекло в очках вызывает странный интерес в глазах ее внучки, а тетка решительно готова дать бой недоразумению, оставаясь верной своей упрямой натуры....
Скоро голодный муж вернется, ей ужин готовить надо, а не с приятелем болтать.
Неприметный мужчина видел, как Игорь газанул и уехал, преследовать его не стал, а вместо этого подошел к подъезду, где скрылась Надежда Николаевна. Уселся на лавочку, где уже сидели две старушки, и через некоторое время знал, из какой квартиры эта женщина, с кем живет и кто у нее муж. Причем кумушки, что обсуждали Надежду, его вовсе не заметили, как будто не сидел он рядом на скамейке, такая уж у мужчины была особенность."
"Вернувшись домой, Надежда Николаевна устремилась прямиком к холодильнику, наскоро произвела ревизию продуктов, привычно расстроилась, но не впала в уныние.
Кота не успели отвезти на дачу в прошлые выходные, и он маялся в городе от наступившей внезапно жары.
Кот был не то чтобы старый, но витамины и сухой корм ему Надежда покупала для котов пожилого возраста. Хотя сам Бейсик утверждал, что он в прекрасной форме, он несколько отяжелел и в жару чувствовал себя некомфортно.
Надежда нашла кота в кабинете мужа, он распластался на полу, пытаясь ловить сквознячок из раскрытого окна. На улице не было никакого дуновения, поэтому кот страдал. Увидев Надежду, он поднял голову и посмотрел грустно.
– Ой, Бейсик, вот было бы здорово, если бы у тебя была молния на животике, можно было бы снять шкурку и повесить ее проветриться, как белый медведь в мультфильме! – Надежда почесала пушистый кошачий живот.
Кот молча отстранился, не понимая шуток, от жары у него пропало чувство юмора.
Позвонил муж, сказал, что надолго застрял в пробке и будет не раньше чем через час.
Убирая в прихожей, Надежда достала из сумки старинную открытку, чтобы еще раз взглянуть на нее.
Изображенная на открытке кукла была не просто очень красивой – в ее фарфоровом лице была не шаблонная «кукольная» красота, а очарование живой человеческой прелести, очарование женственности.
Полюбовавшись лицевой стороной, Надежда перевернула открытку и снова перечитала текст:
«Лизонька, вспомни, как мы играли в Нат Пинкертона».
И больше ничего.
