В московской полиции разгорается скандал: при расследовании убийства проститутки кто-то намеренно саботирует следствие и утекают секретные данные. Гордеев и его команда должны найти предателя в своих рядах, пока преступник не скрылся безнаказанным.
Дверь медленно приоткрылась, человек вошел в квартиру и потянулся к выключателю. Раздался тихий щелчок, но свет в прихожей не зажегся. Незваный гость щелкнул выключателем еще несколько раз, но было по-прежнему темно, хоть глаз выколи. Он осторожно, на ощупь, двинулся в комнату, и в этот момент Борис, чьи глаза уже давно адаптировались к темноте, в стремительном броске повалил его на пол. От неожиданности человек даже не закричал. Он просто рухнул на ковер, инстинктивно прикрывая голову руками. Двухметровый Карташов придавил его своей доброй сотней килограммов, упираясь коленом в позвоночник и больно зажав руки за спиной.
— Ты кто такой? Откуда у тебя ключи от квартиры? — угрожающе спросил он.
Гость попытался вырваться, и хозяину пришлось несколько раз ударить его. Борис был опытным бойцом, он хорошо знал, как надо бить, чтобы причинить максимальную боль и при этом не повредить жизненно важные органы. Очень скоро способность незнакомца к сопротивлению была полностью подавлена. Борис поднял его, как мешок с тряпьем, усадил в кресло, стянул с безжизненно повисших рук тонкие лайковые перчатки и сунул ему стакан с прозрачной жидкостью, после чего зажег, наконец, свет в комнате.
Гость оказался парнем лет двадцати двух-двадцати трех, с короткими, стриженными «ежиком» волосами, симпатичной физиономией, которую несколько портили слишком глубоко посаженные глаза, и отлично развитой мускулатурой. «Качок», — определил про себя Карташов, ощупывая глазами фигуру парня в тех местах, где распахнувшаяся куртка открывала торс, обтянутый тонкой трикотажной водолазкой.
«Качок» отпил из стакана и закашлялся.
— Это же водка, — прохрипел он, слизывая кровь с разбитой губы.
— Да что ты говоришь? — зло усмехнулся Борис. — Давай пей, здоровее будешь.
Парень попытался встать с кресла, но хозяин молниеносным тычком в челюсть усадил его на место.
— Ну так что? Как оправдываться будешь?
— Извини, мужик, — пробормотал парень, — накладка вышла. Мне сказали, тебя дома не будет. Я же звонил и по телефону, и в дверь. Думал, тебя и правда дома нет. А ты заявился.
— Подумайте, какая неприятность! Он мне добросовестно названивал, обзвонился весь с ног до головы, а я, подлец эдакий, оказался дома. От бабы прячусь, так что не обессудь. Так как мы с тобой поступим, чемпион среди звонильщиков? Милицию вызовем или так поговорим?
— Слушай, мужик, не надо милицию, а? Я у тебя ничего не взял. А морду ты мне так наканифолил, что, считай, в расчете.
— Откуда у тебя ключи?
— Купил.
