На борту огромного контейнеровоза и на корме танкера «Север» обнаружились маленькие каплевидные вертолётики, но они казались такими мирными и сиротливыми, что не верилось ни в какое их военное использование. Тем не менее Роман добросовестно «просветил» их и со вздохом признался сам себе, что его миссия провалилась.
– Ничего? – сочувствующим тоном спросил пилот, не вкладывая в это слово особого смысла. Вряд ли он понимал, чем занимается его пассажир.
– Ничего, – честно сказал Роман.
– Может, посмотрим на погранцов?
– Ты же сказал, что нас не пропустят.
– Можем пройтись с краешку, над лесом, аэродром увидим.
Роман с сомнением шмыгнул носом.
Вертолёт по дуге развернулся к западу, поднялся повыше.
Пейзаж Северодвинска и его окрестностей лёг под ним пёстрой скатертью, подёрнутой сизой дымкой. Вскоре показалось лётное поле с капонирами и металлическими ангарами. В капонирах стояли самолёты. На краю поля махал лопастями локатор, второй подальше неторопливо вращал сетчатую антенну.
Дмитрий покосился на пассажира, остановил машину.
– Дальше нельзя, неприятностей потом не оберёшься.
Роман стал изучать далёкие пятнистые и белые стрелочки, отбрасывающие зайчики гнутые стеклянные лбы вертолётов.
– Это «Сушки», – пальцем показал Дмитрий. – Тридцать четвёртая, тридцать седьмая и двадцать пятая. Это учебный «Як». Левее вертушки: «Ми–24», транспортный, за ним тяжёлый «Ми–26», семнадцатый и старенький восьмой.
– Не знаю, – виновато сморщился пилот. – Говорили, будто у погранцов новая «пятёрка», но я лично не видел.
– КФР–401, комплекс фронтовой авиации. Проще – истребитель пятого поколения. Американские «Рапторы» ему в подмётки не годятся.
Роман закрыл глаза, попытался просканировать военный аэродром лучом внечувственного восприятия. Однако то ли усталость брала своё, то ли он взялся за непосильную задачу. Единственное, чего он добился, было множественное эхо отражённых от металлических объектов на земле невидимых пси–лучей. Самолёты и вертолёты высветились как источники энергии, но их угроза была естественной, присущей им с момента рождения, так как создавались они для боевых действий, для войны в воздухе, для защиты воздушных рубежей страны.
– Похоже, нас заметили, – занервничал пилот.
Вдали, над зелёно–серой шкурой хвойного леса возникла сверкнувшая точка. Она приблизилась и превратилась в хищную пятнистую птицу.
– Боевой вертолёт «Ка–50» «Чёрная акула». У нас таких вроде бы не было.