Война на призрачной линии. Суббота, 14 июня, около двух часов дня. Моросящий дождь затмевает видимость. В кабинете полковника Гуриенко ставится под угрозу мирное обстановка, когда в распоряжении командира находятся три офицера — он сам, его специальный прокурор и чекушник службы безопасности....
Из него выскочили трое милиционеров, старший лейтенант и два сержанта, вооруженные короткоствольными автоматами. Позади «УАЗа» остановилась черная «Волга». Из нее вышел полковник милиции.
Вооруженные сержанты обошли Шепеля и Кима. Один из них встал спиной к входной двери. Старший лейтенант, усердствуя перед начальником, закричал:
– Всем на землю, руки за голову, ноги в шпагат, быстро!
Офицеры спецназа и не подумали подчиняться. Шепель усмехнулся:
– Ты это кому, старлей?
Милиционер закричал громче:
– Тебе и твоему подельнику! На землю, сказано, иначе.
– Что иначе? Отдашь приказ открыть огонь на поражение?
– Сержанты! Оружие к бою!
Капитан Дрозденко, облегчившись, вымыл не спеша руки, посмотрев на себя в зеркало, умылся. Причесался. Поправил летний костюм, вышел в зал. Увидел пустой стол и испуганного официанта у стойки бара.
– В чем дело, Толик? Где мои друзья?
Официант указал на дверь:
– Там! Их милиция задержала.
– Что? Какая милиция? Что произошло?
– Понимаете, в кафе вбежала девушка, пока вы были в туалете, крикнула, что ее друга бьют.
– Кто ментов вызвал? Ты?
– Нет! Что вы? Наверное, кто-то из тех, кто бил негра.
– Понятно! Стой здесь и никому не звони. Разберемся.
Дрозденко прошел к двери.
– Сержанты! Автоматы к бою!
Поняв, что пора вмешаться, Дрозденко выдохнул воздух, ногой раскрыл дверь и взял стоявшего спиной к кафе сержанта в захват, одновременно сорвав с плеча автомат.
– Брось волыну, парень! Мы офицеры боевой группировки Главного управления по борьбе с терроризмом. Любое движение будет расценено как непосредственная угроза, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
