Автор
В заспавенном замке дракона часы медленно подбираются к двенадцати ночи, когда я подхожу к его спальне в белой рубашке. Свадебные ритуалы кажутся уже неуместными после дня бурных встреч и поцелуев, но каждый приём все равно выполняется точно. Я нарушаю эти правила, потому что чувствую себя слишком усталой для соблюдения формальностей....
Моей милой доброй мамы, чтобы сейчас прижаться к её плечу, вдохнуть родной запах и рассказать о том, что её дочь попала в страшную беду. Выплакать все обиды, почувствовать её теплые руки на своих волосах."
"Я падаю на кровать. Слез больше нет. И теперь я просто лежу, отвернувшись от двери и смотрю на холодную белую стену. В голове больше нет мыслей, и даже злиться на Ролдэна я не в состоянии. Я слишком устала, словно выгорела изнутри.
Часы на стене цокают длинными стрелками. И вот уже и полночь. Только сейчас мне положено стоять перед дверью Дракона, но я не хочу туда идти, и он меня не заставит.
Дверь открывается, и Ролдэн сам появляется на пороге.
Мне даже поворачиваться не нужно, чтобы понять, что это он. Я спиной чувствую, как по мне скользит взгляд его черных глаз.
Ну, конечно, если я не пришла к нему — он придет ко мне. Наивно было думать, что будет как-то иначе. У меня даже дверь в комнату не запирается.
— Ты что же вздумала заставить меня бегать за тобой? — его голос звучит холодно и раздраженно. Он заполняет всю комнату, отражаясь от предметов. Кажется, что его голос даже проникает внутрь меня, заставляя по коже пробежаться волну мурашек.
Глава 3
Я слегка поворачиваю голову, чтобы следить за ним. Видеть я его не хочу, но страх заставляет меня следить за его действиями. Мы снова хищник и его жертва.
Хотя что может сделать хрупкая лань против мощного агрессивного льва?
Лицо Ролдэна сейчас словно высечено из мрамора: холодное и жесткое.
На его широких плечах едва держится белая рубашка, которая не застегнута, а просто накинута. Пустые рукава свободно болтаются в воздухе.
Брюки сидят слишком низко, так, что даже видна пара черных волосков.
Я невольно задерживаю взгляд на его на прессе. Его рельефная поверхность с шестью ярко выраженными кубиками напоминает горный ландшафт с его пиками и долинами.
Мой взгляд опускается ниже, и я краснею и смущаюсь. Я не видела раздетых мужчин, поэтому мне неловко.
Он делает шаг ко мне и грубо хватает меня за руку, заставляя сесть.
— Отпусти, — я дергаю рукой, пытаясь вырваться, но из его хватки это невозможно. Моя рука в его ладони как тонкая веточка.
— Могу и отпустить, — усмехается Ролдэн, и, действительно, отпускает.
