Автор
Ренат рывком перескочил через решетку и бросился к двери, чувствуя на себе острый взгляд пристава. Страх заставлял его отпирать дверь словно при полном недосыпе, но каждая секунда наполняла мрачной ужасной надеждой на то, что он может оказаться в тюрьме. Кровавый день начинался с попытки скрыться и завершался незатихшим шепотом пристава: "Потерпишь, Ренат"....
Зашел в здание, оправил воротник косухи и сразу наткнулся на всевидящее жирное око Агапова в будке.
– А ты всё ждёшь меня? – распростер объятия, приближаясь к мужику, который сразу просканировал меня недовольным таблом.
– Вяземский, чего тебе? – проворчал он и сразу продолжил шуршать бумагами.
Смешной. Будто читать умеет.
– У меня аудиенция с твоим боссом, – поиграл бровями.
– Вали, – мотнул тот головой, и стрелочка турникета загорелась зеленым.
– И ты даже не обыщешь меня? А вдруг я террорист? Или свидетель Иеговы? Брошюрку хочешь?
– Вали, – сказал Агапов с нажимом, глянув на меня из-под мясистых бровей.
– Увидимся, – подмигну ему и потопал уверенным курсом до кабинета Её Величества Стервы Ветровой.
Табличка на двери её кабинета вовремя напомнила мне о звании.
Нажал на ручку и плавно открыл дверь.
– Товарищ сексуальный майор здесь поживает?"
"– Нет. Здесь только злой, как собака, полковник, – голос звездуна и его хмурая рожа за столом Ветровой заставили меня перестать лыбиться. – Чего тебе, Вяземский? – гаркнул он, что-то нервно записывая на листе.
– Мне Ветрову.
– Уволилась твоя Ветрова. Нет её, – ответил полковник, не поднимая на меня взгляда.
– В смысле, уволилась? – опешил и сделал несколько шагов в кабинет. – Она же вчера… это…
– Вчера это, а сегодня всё, – полкан реально был злой, как собака. – Чего тебе надо? Уволилась она, говорю. Если есть претензии, говори мне. Решим. Если нет, то не мешай работать. И без тебя жопа в мыле.
– Не могла она уволиться. Она же ещё вчера драла меня тут с таким удовольствием, будто пожизненное впаять хотела.
– Вчера драла, а сегодня удрала. Некогда мне, Ренат. Приходи на следующей неделе.
– Батя руку приложил к её увольнению? – догнала меня мысль, которая, впрочем, и так болталась на поверхности.
– Ага, к ней, пожалуй, приложишь, – буркнул себе под нос полковник и, наконец, оторвался от бумаг. – Сама она уволилась. Давно хотела.
– Хрень какая-то, – вскинул руку и прочесал затылок, выискивая пути решения сложившейся проблемы.
Сама уволилась. С хрена ли?!
– Ренат, веришь – не веришь, но нет её. И не будет. Тобой может заняться Митрохин, если ты куда-то влип. Если влип по-крупному, то подожди, когда я освобожусь, потом решим.
– Ясно, – выплюнул озлобленно и вышел из кабинета. Достал из кармана телефон и сразу набрал номер отца. – Батя, какого хрена?!
– И тебе добрый вечер, наследничек, – выдал от насмешливо. Походу, уже накатил, празднуя увольнение моей стервы.
